Вожак

Захлопываю зеркальце и выглядываю из-за барной стойки.

– Ура! – выдыхаю с облегчением.

В уютное кафе с двумя столиками, стряхивая с капюшона капли дождя, заходит кареглазая брюнетка с потрясающими шёлковыми волосами, которые она всегда собирает в косу. Это грех: прятать такую красоту. Хотя коса тоже красивая. Как и её хозяйка. По крайней мере, на мой взгляд.

Это Тина. Она моя кузина. Мы родились в один день с разницей в один год. Она родилась первой. Мы не общались много лет. Четыре года. Сейчас мне за это стыдно, потому что я знаю… она искала встречи.

Тина оставила меня за главную на пятнадцать минут, но я молилась о том, чтобы никто не пришёл. Хоть это и в ущерб её бизнесу. Тина показала мне как пользоваться кофемашиной, но я настолько не приспособлена к жизни, что вообще ничего не запомнила. Она тоже это поняла.

– Как дела? – спрашивает сестра, пристраивая свой плащ на напольную вешалку.

– Отлично, – тут же отзываюсь я, упираясь руками в стойку. – Никого не было.

Она скептически улыбается и фыркает. Обе вжимаем головы в плечи, когда раздаётся очередной «бам». Лампочка мигает, стеклянная витрина трясётся.

Я живу у Тины уже семь дней.

Её квартира находится над кофейней. В старом доме с арочным проходом во двор.

Уже семь дней… я почти бездомная.

Я понятия не имею, как получить свои деньги.

Наверное, я не должна была уходить от отца вот так. Но я не вернусь назад ни за что. Даже за деньгами.

Я оказалась совершенно не готова к реальной жизни.

Мне не к кому обратиться за советом. Я очень благодарна Тине за то, что она кормит и одевает меня уже семь дней, хотя дела у неё идут не очень хорошо… и у нас разный размер ноги. Её одежда мне сильно коротка.

Особенно я благодарна ей за то, что она ни разу не упрекнула меня в том, что мой еженощный плач мешает ей спать. Да, я плачу. А она… обнимает меня. Молча. Она всё обо мне знает. Как и все другие. Те, кому до меня нет дела.

– В кафе напротив ищут официантку, – сообщает Тина, кладя на стол коробку с моими любимыми пончиками.

– Официантку?.. – переспрашиваю, открывая коробку и отламывая кусочек присыпанного пудрой лакомства.

Я раньше не ела уличную еду. И очень зря. Мне… нравится…

– Да, Мира, – закатывает она глаза, обходя стойку и жестикулируя. – Официантки, ну знаешь, они разносят еду.

– Ты… думаешь, я справлюсь? – спрашиваю на полном серьёзе.

Тина глубоко вздыхает и проходит за кассу.