Вожак

Мы закрываемся через месяц.

– Супер, – киваю я на автомате.

Он поднимает на меня глаза, и безмолвно спрашивает: «Серьёзно?»

– Это моя первая работа, – поясняю я быстро.

– А, ну супер. Какие цели ставишь?

– Карьерный рост.

– Ааааааа… – тянет он. – Мой брат менеджер в ресторане «Башня», если доработаешь до конца следующего месяца, пристрою тебя туда.

Я ничего не знаю про этот ресторан.

Отсутствие реакции возмущает моего нанимателя.

– Алё, – говорит он. – «Башня» – самый дорогой ресторан в городе.

Чаевые – как европособие по безработице.

– Почему ты сам там не работаешь? – задаю резонный вопрос, осматриваясь.

– Я бизнесмен, – сухо поясняет он. – Я не работаю на дядю. Фартук там, третий столик ждёт меню. Приступай.

Глава 8

У моего пса раздвоение личности.

Он бывает очень послушным, а бывает очень-очень злым и опасным.

– Чииили… помолчи… пожалуйста… – стону, накрывая голову подушкой, чтобы заглушить его злобный рык у входной двери.

Я очень хочу спать.

И нам ещё не время гулять. И на улице снова идёт дождь. Третий день подряд идёт дождь. Всю ночь слушаю, как он барабанит снаружи, а иногда даже смотрю на него, пока не засыпаю обессиленная.

Понимаю в чём дело, только когда раздаётся звонок в дверь, и обречённо сажусь на диване. Этот диван теперь наш дом. Мы здесь спим, здесь же едим. Я никогда раньше не ела в постели, но раньше я никогда не жила в подобии картонной коробки.

Я отбросила все свои манеры, потому что с детства не имела возможности есть перед телевизором.

Тина очень приветствует мою деградацию. И ещё… она научила меня пользоваться стиральной машиной и плитой… я очень стараюсь быть полезной, но с готовкой у меня не получается… совсем не получается. У неё, к слову, тоже.

Перчик просто сходит с ума и скалит зубы.

Я сама удивлена этому раннему визитёру. Вообще-то, моё сердце подпрыгнуло от всяких нелепостей, которыми полна моя голова, поэтому сижу, не двигаясь, и напряжённо смотрю на дверь, которая смотрит прямо на мой диван.

Тина называет свою квартиру студией, но я бы назвала её… чердачком. Хотя и это преувеличение. Кажется, ванна в… в… в ЕГО доме была больше! И да, я имею в виду саму чашу, а не помещение.

Прячу лицо в руках, считая удары своего сердца.

Кто там за дверью?

Сейчас шесть утра.

– Мира! – хрипит из комнаты Тина. – Открой!

Сейчас…

Затравленно смотрю на приоткрытую дверь спальни, а потом на входную дверь квартиры и встаю.