Грани миров

Мусульманин?

– Слушаю вас, мой повелитель! – произнес человек на английском, и Витька, знавший этот иностранный язык, понял собеседника.

– Ой, Господи! Надо же до такой степени напиться! – воскликнул парень и схватился за голову! – Неужели, ты – джинн?

– Да, мой господин! Сколько я сидел в этой бутылке? Меня заточил бывший хозяин, я хочу с ним немедленно встретиться! Проклятый пират! Он будет корчиться и умирать в нечеловеческих муках! Я вырву ему глаза и отрежу язык, я скормлю содержимое его штанов крысам! – пригрозил джинн и хищно улыбнулся.

– А когда же вас упрятали в бутылку? – перебил Витя, не в силах слушать такие противные вещи.

– Э… В тот год, когда Американская колония взбунтовалась против Британской империи! Я надеюсь, мятежники строго наказаны? Империя превыше всего!

– Я думаю, что вам не удастся найти вашего обидчика…

– Ах, он тоже поддерживал бородатого дуралея Вашингтона. Надеюсь, борцы за независимость уже болтаются на рее королевского фрегата!

– Не знаю, – ответил Витек, – но люди так долго не живут.

Прошло много времени.

Джинн постоянно исторгал из себя струйки желтого дыма, который выходил из ушей и ноздрей существа. Запах стал настолько неприятен, что Витек непроизвольно закрыл нос ладонью.

– Сколько же я просидел в этой проклятой бутылке?

– Более трехсот лет…

– Да? – расстроился джинн. – Тогда прошу извинить за неприятный запах. Сами понимаете, физиологические потребности организма требуют выхода продуктов жизнедеятельности и неприятного воздуха…

Витька уже не в силах вдыхать смрад, заполнивший помещение, поперхнулся, зажал руками нос и подбежал к окну.

Распахнул ставни, и свежий живительный поток ветра ворвался в маленькую комнатку. Стало прохладно, но парень моментально почувствовал жаркое дыхание у себя за спиной.

– Что это? – воскликнул джинн, подошедший сзади. – Это дымят трубы шайтана! Где великолепные дворцы, прекрасные сады, где зеленая трава? Во что превратили мир пособники сатаны?!

Витек снимал комнату в рабочем районе, естественно, окна выходили на старый подшипниковый завод и ветхие складские помещения.

Ни парков, ни каких либо красивых зданий в этой части города нет. Лишь одинокий тополь торчит среди грязного неухоженного двора, а на скамейке сидит пьяный дворник дядя Вася.

Скороходов посмотрел еще немного на серый урбанистический пейзаж, и тут вспомнил, что так и не выпил сегодня, хотя с утра собирался.