Обман на обмен. Ника Лисина – 1

После программы «Время» мама постучалась в мою комнату.

– Можно к тебе?

– Можно. Заходи.

Я спрыгнула с подоконника, на котором разместилась с комфортом. Моему заду ровнёхонько хватало место на широкой доске.

– Я хочу поговорить с тобой, – начала мама и замолчала.

Я вопросительно наклонила голову.

– Мы с Базилем хотим пригласить тебя к себе.

– В гости? – уточнила я.

– Ну, вообще-то я думала приехать к тебе на выпускной и устроить тебя в французский институт. Ну, скажем, на экономиста или адвоката.

– А почему именно на экономиста? – поинтересовалась я. Вообще-то я хотела спросить, почему же ты на выпускной так безбожно опоздала, но сдержала колкость. В конце концов у человека могут быть дела и заботы. А выпускной? Я сама была только на торжественной части, а потом буля мне устроила праздничный ужин, плавно переходящий в завтрак.

– Мне кажется, это самый удачный выбор для такой девочки, – улыбнулась мама.

У неё оказалась очень милая улыбка.

Трогательная, нежная – мамина. Вот только сердце тревожно ёкнуло.

– Нет, мам. Есть две причины, почему я не поеду с тобой. Причина первая – я медик. Понимаешь, по складу характера, по темпераменту. Вот бывает такое. Увидит кто-то загаженную больницу, вредных больных и зарплату и бежать хочет чем дальше, тем лучше. Мне же ничего, кроме этой больницы, не нужно. Я чувствую, что это моё место.

Мама нахмурилась:

– Это всё романтика. Ну, а какая вторая причина?

– Язык, – просто ответила я.

 – Я не знаю французского языка. А в учебном заведении, тем более экономическом, язык необходимо знать на более чем высоком уровне. Ну, и бабушку я не оставлю.

– Язык – это не проблема, – почти радостно сказала мама, – ты быстро освоишь его. Что касается бабушки… ты слишком много внимания уделяешь взрослой женщине. Ты совершеннолетняя и имеешь право не спрашивать разрешения.

Я немного опешила.

– Это как? Она же с детства со мной.

– Мне кажется, ты выросла и в ней не нуждаешься, – довольно жёстко парировала мама.

Я растерялась:

– Но как же? Это же бабушка. Я не могу кардинально изменить жизнь, не посоветовавшись.

Беседа стала сильно напрягать. Я силилась понять, к чему клонит мать, и не могла. Булик часто говорила, что я понятлива не по годам. Быстро соображаю и вообще, в двадцать лет девочки мечтают, а я думаю. Это не мои слова, а бабуси и её соседки тёти Нины.