Слушай, что скажет река

Он увернулся от человека в накидке – раз, другой, третий, потом замахнулся – кризанта на руке засветилась восемью лучами. Этот свет был ярким даже на солнце и каким-то другим, как будто более плотным. Лучи описали в воздухе дуги, похожие на сверкающие лезвия, и…

Кто-то закрыл ей глаза – потная ладонь пахла табаком и сталью, но даже сквозь темноту увиделось, как впереди полыхнуло нестерпимо ярко. Сильная рука схватила ее поперек тела, поволокла назад. Аста выронила мороженое, стала инстинктивно вырываться – и ее тут же отпустили.

– Все, все. – Перед ней стоял молодой мужчина в полотняной безрукавке, открывавшей крепкие загорелые руки, и штанах из грубой ткани, с карманами на бедрах. – Извини, не сильно придавил? На кризанту нельзя смотреть в момент контакта – глаза сожжет. Ты откуда?

– Она из Риттерсхайма, первый день здесь. Спасибо, Свен. – Тайса появилась сзади, приобняла ее за плечи. – Ты что? Куда ты побежала? Мы тебя потеряли.

– Я не… – Аста огляделась. Она стояла шагах в тридцати от скамейки, рядом с магазином елочных игрушек.

Почему-то мозг не засек перемещение в пространстве – наверно, она кинулась в сторону, когда загорелось дерево. Теперь его ветви дымились – пожар успели потушить. Навес булочной сгорел почти полностью, но само здание не пострадало. Аста посмотрела на площадь – рядом с пожилым мужчиной на земле сидела, закрыв лицо руками, молодая женщина, вокруг стояли еще несколько людей, которым Лин давал какие-то указания. Человека в накидке не было видно – от него остался лишь пепел.

– Пойду помогу булочнику, – сказала Тайса. – И гляну, есть ли еще пострадавшие. Скоро вернусь. Аста, пожалуйста, никуда не уходи. Если что – держись вместе со всеми.

– Аста… красивое имя. Я ее постерегу, – пообещал Свен и, когда Тайса ушла, спросил: – Так ты из внешнего мира?

– Угу. – Язык как замороженный, слова не выговоришь.

– Давай отойдем.

Свен взял ее под руку, отвел к той же лавочке, на которой она сидела несколько минут назад.

Аста рухнула на нее так, что даже доска покачнулась, – ноги подкашивались. Она уставилась в пространство перед собой и спросила безо всяких эмоций:

– Он мертв?

– Нодиец? – Свен присел рядом. – Однозначно. Не волнуйся.

– Мужчина. Который лежал.

– Старый Зигберт… Боюсь, что тоже да.

– Это… это… Но как же так? – В голове поднялся целый вихрь вопросов – так не вязалась картина красивого волшебного города с тем, что только что произошло.