Между светом и тьмой. Сити

Какое-то оно было необычное, злобно- сосредоточенное, несущее печать отвращения к ко всему, на что натыкалось, до боли знакомое и… У одного из них блеснул пистолет! – «Японский Гоголь!!!! Неужели «раскрыли»?!

Танцовщица немедленно сориентировавшись, врезала одному несчастному «пьяному животному», полезшему было к ней в ту секунду, как она окидывала взглядом толпу внизу и… бросилась прямо в объятия «медвежонку», обхватив ногами его мощный торс.

– О! Да, детка! – крикнул в животной радости он.

– О, нет, детка! – ехидно покачала головой девушка, разбила его захват и рывком вытащила пистолеты из кобуры, находившейся под мышками красавца.

Сразу раздался сначала один выстрел, потом второй. Две «морды» впереди упали. Но один из них успел выстрелить – и свалил пребывавшего неподалёку от девушки бандюгу-зеваку.

– Какого ты?.. – начал было возмущаться красавчик.

– Хватай пушку у этого рядом! И стреляй в тех, что сзади меня, иначе мы трупы! Живо! – затем уложила ещё одного.

«Медвежонок» выполнил её требование, вырвав у трупа пистолеты, с ковбойской точностью «снял» сразу трёх впереди.

После первого же выстрела толпа в клубе начала поднимать поистине вавилонский хаос: некоторые стремились сбежать из этого ада, кто-то этому аду потворствовал, начав тоже стрелять, в кого попало, проститутки подняли крик и метались по всему залу, танцовщицы куда-то побежали из-за кулис, лишь одна осталась у шеста. Почему она не спряталась – непонятно.

– Прости меня! – неловко вдруг улыбнулась девушка, продолжая висеть на «медвежонке».

– За что? – спросил, было, он, но получил удар между плечом и шеей, а следующий моментальный удар в почку поверг его на пол. Девушка, сделав кувырок, вскочила на ноги и, стреляя, побежала куда- то за кулисы.

Путь ей дважды преграждали, но она ловко вырубала тех по дороге при помощи захватов и, собственно, – ног. После, она скрылась под грохот выпускаемых очередью пуль из какой-то базуки. А в ту же секунду стрелявший из это самой базуки получил сильнейший удар, а затем был с чрезвычайной силой отброшен далеко в сторону.

Базука оказалась в руках «медвежонка», именно он устранил стрелявшего.

– Нельзя так с девушками! – бросил тот иронично, покачав головой; пустил пару очередей по нацелившим на него пушки и устремился вслед за танцовщицей.

Песня закончилась, и закончилась очень весело. Хаос остался позади, в зале, где продолжали стрелять, истошно орать и крушить всё, что стояло, лежало и висело на пути.