Чёрная герцогиня

– Прошу, пожалуйста, давай что-нибудь придумаем! – жена не унималась.

– Хорошо, – тут я вспомнил про сарай при входе.

Я отправился в подсобное помещение поискать какие-нибудь инструменты. В куче инвентаря я нашёл болторез и через пять минут уже взламывал чёртову башню. Всё-таки женитьба – вещь опасная, меня не раз предупреждали.

Наконец отперев дверь, мы смогли заглянуть внутрь. Но там было слишком темно, чтобы что-то разглядеть.

– Идём, – жена включила фонарь и бодро шагнула внутрь.

– Может, не стоит? – попробовал я в последний раз призвать к здравому смыслу.

– Ты что, это же самое настоящее приключение! – Нора снова лучезарно улыбнулась.

– Идём, – ничего не поделаешь, улыбка любимой важнее проблем с законом.

Внутри мы быстро наткнулись на винтовую лестницу, ведущую наверх, как и в третьей башне. Никаких катастрофических следов разрушения там не было. Надо отдать должное жене: она была права. Граф наврал нам. Но зачем?

Глава 5.Исчезнувшие дети

Fortune rota volvitur;

Descendo minoratus

.

Колесо Фортуны делает оборот,

Я оказываюсь внизу…

Карл Орф, «Кармина бурана».

Дневник Элеоноры.

11.09.2016г.

Граф определённо врёт! Всё это странно, и я намерена добраться до сути. Я чувствую, что должна…

Эта башня оставила неизгладимый след в моей памяти. Ничего более щемящего душу я в жизни не видела.

Мы начали подниматься в первую комнату. Там была массивная резная дверь из дерева, немного обветшавшая. Справа от неё, на гвозде, висели чётки.

Интересно зачем? Мы открыли тяжелую дверь и увидели нечто невероятное.

Комната совершенно не выглядела разрушенной, скорее запущенной. Было ощущение, что жилец отсюда ненадолго вышел, но скоро вернётся.

Огромная постель стояла у стены справа, напротив располагался большой камин – всё было так же, как и в другой башне. Рядом с окном находился письменный стол, слева от него, вдоль стены, протянулся старый книжный шкаф. Справа и слева от стола стояли старые пыльные сундуки.

В помещении давно не убирались, из-за чего, например, орнаменты на сундуках угадывались с трудом. Несмотря на это, мебель являлась настоящим антиквариатом, в этом можно было не сомневаться. Над кроватью висел гобелен с изображением рыцарей, участвующих в кровавом военном сражении.

Мой взгляд упал на древние бумаги, неаккуратно разбросанные на столе и Всё покрытыевали массивныме слоеми пыли, и з – за которой у меня мМоментально засвербело в носуначался кашель.