(не)желанный брак, или Космический приют для хищных растений

– Что это? – переполошилась я.

– Выход на орбиту. Ты должна лечь. Через несколько минут пропадёт сигнал и появится уже только на планете.

– Я не смогу тебе позвонить? – мой голос дрогнул.

– У меня с выходом в космическую сеть совсем плохо, детка.

Сигнал повторился.

– Всё, выходите на траекторию, – тут же успокоил меня Калеб.

Корабль затрясло. Лапушка и жирянка с перепугу подползли ко мне.

– Готовься, Даллия, ещё немного и твоя мечта придёт к тебе.

– Что-то так-то страшно, – пробормотала я.

Тряска увеличивалась.

– Нормально, зеленоглазая.

Закрыв уши ладонями, я ждала, когда всё это закончится. Калеб же, улыбаясь, наблюдал за мной. Наверное, именно это и не позволило мне скатиться в истерику: раз он спокоен, значит, всё действительно хорошо.

Наконец, сигнал смолк.

– Спасибо, – прошептала я.

– За что?

– За поддержку.

– Знаешь, рыженькая, никогда бы не подумал, что меня будет заботить такая мелочь, как ты. Глядя на тебя, я понимаю, что не всё со мной кончено.

– Это ещё почему? – его слова меня смутили.

– Ты ведь выбрала меня.

– Ну…

– Я знаю, что выбор был невелик. Но никто тебя не заставляет разговаривать со мной, смеяться, подбадривать. Ты чудо, малыш!

– Неправда, не такой уж я и "малыш". Ты старше всего на девять лет и восемь месяцев…

– Интересно, ты что по дням высчитывала? – усмехнулся он.

– Да, изучила твой паспорт, – я сделала умное лицо, но не выдержав, рассмеялась. – Я же месяц в этих четырёх стенах. Чем мне ещё заниматься? Я выяснила, что твою прабабушку звали Роза.

Он тихонько рассмеялся вместе со мной.

Свет погас. Не у меня – у него…

– Калеб?!

– Это отбой, милая. Тут строгий режим. Пора говорить до свидания, Даллия.

– Надеюсь, следующий раз я покажу тебе через этот экран нашу землю.

– Отлично звучит, – пробормотал он.

Планшет погас. Сигнал был прерван.

Да, за этот месяц мы с Калебом Мортеном, если и не стали в доску друзьями, то сблизились точно.

Но десять лет… Как же это много.

***

Вхождение в атмосферу планеты и стыковка со шлюзом космопорта дались мне тяжело. Трясло нас так, что, казалось, зубы раздробятся. Но всё обошлось. С трудом поднявшись с кровати, я собрала все оставшиеся пустые контейнеры и, сложив их один в один, запихала в чемодан. В освободившуюся сумку усадила Лапушку и Жиряночку.

Я решила, что пусть пока это и будет её именем. Тем более что она уже на него откликается.