Борись за мою любовь

– Ты, как всегда, дичайше самоуверен.

– Что поделаешь, если я такой, – тихо смеётся Филипп, не переставая поглаживать мою ногу.

По телу бежит табун мурашек. Ветер из окна треплет мои волосы. Повязка добавляет пикантности ситуации, и я кусаю губы в нетерпении. Хочется поскорее узнать, куда он нас везёт.

Сегодня наша годовщина. Ровно год с того самого дня, как мы оба вышли из френдзоны и перевели наши отношения на другой уровень.

Мне было отчаянно страшно довериться другому человеку снова.

Но Филипп, он такой… другой.

Ни на кого не похож. Особенный для меня.

Он всё делал для нас двоих постепенно. Знал про мой страх сближения и ждал. Долго ждал. Самый терпеливый мужчина на свете. Мой.

Я люблю его.

Я так сильно люблю его.

Это осознание пришло недавно. Меня как молнией шарахнуло, и всё, что было до… ст?рлось. Эта любовь – она другая, взрослая. Не то, что я испытывала к Кириллу Морозову. Меня от этих чувств так не штормит, не кидает из стороны в сторону. Эмоции присутствуют, но они совершенно другие.

Глубокие, чувственные, пробирающие до самых кончиков пальцев.

Сердце замирает каждый раз, когда я вижу входящий от Фила или знаю, что он ждет меня в машине около дома. Впервые я думаю о том, что хотела бы прожить свою жизнь вот так. С одним человеком. С момента, как мы встретились, и до самого конца.

– Фил…

– Мм?

– Я тебе доверяю.

– Я польщ?н, малышка. Надеюсь, тебе понравится мой подарок. Если нет, мы его просто вернём.

Он переплетает наши пальцы и нежно целует моё запястье, там, где бьётся венка.

Пульс, как всегда, просто зашкаливает от близости! Я жмурюсь под повязкой и откидываю голову на спинку сиденья.

– Надеюсь, это будет не собака! Мы не сможем её вернуть! Я полюблю её всем сердцем и вернуть не смогу! А у мамы аллергия! Если это собака, она будет жить у тебя. До того момента, пока мы не снимем квартиру! Боже, у твоего папы же тоже аллергия! Если это собака… я не знаю, что мы будем делать, – шепчу в панике, когда мы приезжаем на место и выходим из машины.

– Что ты бубнишь там? Просто переставляй ноги, – смеётся Фил, его рука на моей талии, и он направляет меня. – Выше!

– Это что, лестница? Куда она ведёт? Я боюсь высоты! Ты же не заставишь меня прыгать откуда-то?

– Да-ша!

– Что?

– Обожаю тебя! Мы почти пришли.

Пытаюсь всмотреться в кромешную темноту. Конечно, это оказывается бесполезно. Как только я села в машину, Филипп завязал мне глаза плотной тканью.