Ненастоящая семья

– Это я, – раздаётся за моей спиной знакомый насмешливый голос Костенко, о котором я уже успела позабыть. – И я сразу говорю: нет. Ты, конечно, ничего так, Ленка, но я в ближайшие лет десять жениться не собираюсь. Отдамся науке.

– Подумаешь, какая потеря, – отмахиваюсь от него, словно от мухи.

– Подслушивать нехорошо, Виталик, – стремительно обернувшись, Алла грозит ему пальцем. – Может, Дроздов? И Зойка твоя на него похожа. Оба блондины. Пару раз сфоткаетесь вместе, счастливо улыбаясь, выставишь в интернет, можешь даже по почте своим арабам скинуть, пусть любуются.

– Ненастоящая, – поправляю на автомате, но всё же смотрю на Рому Дроздова.

Почему-то мысль о том, чтобы выйти за него замуж, не пугает. Он надежный какой-то, что ли. Учился неплохо. Чтобы девчонок менял как трусы-неделька тоже не видела. Ни в каких сплетнях замечен не был. Работает на себя, фотографирует свадьбы и довольно неплохо. Моя одноклассница Юлька в том году отхватила его на свадьбу и хвасталась этим на встрече выпускников с таким видом, словно на её торжестве будет выступать обвешанный перьями и стразами Киркоров.

Рома сидит выше нас на три ряда и прикладывает к своему лбу бутылку с водой. Он тоже высокий, но не такой худой, как Виталик, в отличие от него, нарастил мышечную массу. А я его помню ещё тощим и нескладным, в странном пиджаке, в котором он пришел на линейку первого сентября пять лет. Сейчас, выглядит совсем иначе. Можно даже сказать, что он красавчик. Но раньше я к нему как-то не приглядывалась.

Наши глаза – его светло-карие и мои зелёные – на секунду встречаются, и Дроздов, не скрываясь, в отвращении кривит губы, отворачиваясь.

Хмыкаю. Ничего не изменилось. На первом курсе мы сходили на весьма неловкое свидание и с тех пор, кажется, не перекинулись даже парой слов.

– Он ни за что не согласится.

Эта идея о фиктивном браке заведомо обречена на провал. Мы не в сериале, ничего хорошего из этого не выйдет.

– Нужно спросить!

– Я тоже за Дроздова! – заговорщически шепчет Вит. – У него, кстати, финансовые трудности, предложи ему денег! Думаю, он легко согласится.

– Костенко! – вскрикиваем одновременно с Аллой, оборачиваясь к нему.

Декан, стоящий за кафедрой, деликатно откашливается, бросая на нас неодобрительные взгляды. Мы втроём совсем не слушаем его напутственную речь.