Измена. Время (не) лечит

Он подбегает и бросается на колени, обнимает крепко ноги и мягко трётся головой мне в живот. Чувствую его горячее дыхание и подрагивающие пальцы рук. Он на грани, я это чувствую и его бушующие эмоции передаются мне, увеличивая мою боль. Дышит, словно запас кислорода заканчивается в лёгких. Я закрываю своё лицо и пряча свой взгляд от них обоих, сотрясаюсь от всхлипов.

– Умоляю тебя, слышишь умоляю, не отказывайся от меня. Я знаю, что не заслуживаю тебя, знаю! Но я тебя так люблю, что не смогу жить без тебя. Любимая, всё ещё можно исправить, только не отказывайся от нас.

. . Прошлая ночь . . .

– Прошлая ночь стала последней ночью моей прошлой жизни. И ты тоже там остался! – он поднял голову вверх. Оторвал мои руки от лица и посмотрел мне в глаза. Добавить больше нечего было. Я сказала своё последнее слово и он это понял. Опустил руки и словно парализованный застыл на коленях посередине моей комнаты.

Я ушла и закрылась в ванной. Прислонившись спиной к двери, стояла босыми ногами на холодной плитке, мне было всё равно на то, что я могу заболеть, если уже не заболела.

У меня душа горела, всё остальное осталось неважным.

– За что? Господи, за что?

Мне так было жаль себя, что я обозлилась на всех.

На маму, что она не ответила. На Марка, потому что изменил! Потому что предал! Но больше всего я злилась на него из-за того, что я оказалась в беде по его вине.

– Боженька, – я посмотрела вверх и начала говорить с ним, – они не пришли, не помогли мне, но ты ведь всё видел?! Почему ты позволил этому случится?! Я же ведь была верна тебе и каждую ночь молилась и благодарила тебя за всё.

Верила искренне в твоё существование и в твоё милосердие к нам, но оказывается тебя просто нет! Иначе ты не допустил бы это зверство, что они сотворили со мной. Всё оказалось ложью!

Я затряслась в истерике и начала кричать и всё крушить.

– ТЕБЯ НЕТ! ЛЮБВИ НЕТ! НАДЕЖДЫ НЕТ! МАРКА ТОЖЕ ТЕПЕРЬ НЕТ! – кричала и продолжала крушить. Слышала, как мама бьется по ту сторону двери и умоляет ей открыть, но я не могла остановиться.

Я ещё не выплеснула всю свою боль. – И МЕНЯ ТОЖЕ ТЕПЕРЬ НЕТ!

– Лика, умоляю тебя открой!

Я пришла в себя, когда услышала громкий и отчаянный плачь мамы. Мне не было стыдно за свой поступок, но мне было больно от того, что заставила её страдать.

Открыла дверь и вышла к ней. Выглядела она, будто постарела за эту ночь лет на десять. Она осторожно подошла и будто спрашивая разрешения аккуратно обняла, уложив мою голову себе на грудь.