Она – моя, и Ты тоже!

Начинаю часто дышать, от чего грудь поднимается, и я готова сказать спасибо хозяину этого дома за такую форму, ведь сейчас я полностью закрыта от глаз его сына. Это своего рода защита для меня, ведь он наглым образом, без всякого стеснения разглядывает меня прямо сейчас.

– Что Вы делаете? – наконец прихожу в себя и задаю правильный вопрос. – Держите, п-п-п-ожалуйста, дистанцию.

– А на что похоже то, что я делаю? Ммм?..

Его взгляд поменялся, и от ухмылки не осталось и следа. У меня конечно нет опыта общения с мужчинами, но я не дура, догадываюсь, о чём кричит его взгляд, который перемещается с глаз на губы и точно так же опускается на мою высоко вздымающуюся от тревоги грудь.

Я понимаю, что пора быстрее что-то делать, иначе он меня здесь и прямо сейчас сожрёт и не подавится. Чёртовы богачи, ненавижу вас за вашу вседозволенность!

Разворачиваюсь и срываюсь с места, но Роман оказывается быстрее меня, и прямо перед носом закрывает дверь, а после поворачивает ключ, закрывая нас одних в его комнате.

Я стою лицом к двери, а по обе стороны от моей головы расставлены руки Романа. Сердце бьется на износ, кажется, вот-вот и оно выпрыгнет. Я начинаю дрожать и не могу пошевелиться, потому что боюсь и потому, что если сделаю это, мы коснемся друг друга. Внезапно в нос ударяет его запах, и дышать становится вдвойне тяжелее.

– Белоснежка, ты в ловушке, и тебе не сбежать, пока я сам тебя не отпущу, – хрипит прямо над ухом его изменившийся голос, – а теперь будь умницей и повернись ко мне лицом.

Я стояла словно вкопанная, ноги и тело отказывались слушаться, я не знала, как лучше поступить. Мне было страшно, и адреналин в крови зашкаливал, было трудно думать.

– Я жду, – снова хрипит, но теперь уже в другое ухо.

– Если Вы меня тронете, я всё расскажу папе! И Вашей семье тоже! – дрожащим голосом выдыхаю последний аргумент того, что ему не следует меня трогать.

– Я понял твой ответ, значит, я всё же помогу тебе повернуться ко мне, – он хватает меня двумя руками за талию и разворачивает так быстро и легко, словно я для него вешу, как пушинка.

– О, Аллах! Что Вы делаете? – я от испуга кладу свои руки ему на грудь и пытаюсь его оттолкнуть. Он замирает, переводит свой взгляд на мои руки и начинает загадочно улыбаться. И тут до меня доходит, что я сама тоже до него прикоснулась.

Испугавшись своих действий я быстро закрываю лицо руками. Мне стыдно и мне страшно.