От солянки до хот-дога. Истории о еде и не только

ГДР, Венгрия, Чехословакия, Польша. Из всех поездок она везла подарки: вещи, обувь, сладкое. Моя сестра была сладкоежкой с самого детства. Из какой-то поездки, кажется из ГДР, мама привезла ей большущую сумку вкусностей. Чего там только не было: вафли в шоколаде, незнакомый нам M&S, шоколадки, жевательный мармелад и, главное, – разноцветные леденцы. За разговорами и рассказами сестрицу мы проглядели. Через пару часов появляется наша девица с виноватым и перепуганным личиком и на вопрос «что случилось?» предъявляет свой язык – распухший, еле умещающийся во рту, малиново-синего цвета.

В общем, что называется, оторвалась по полной. Но надо сказать, что сладкое сестра не разлюбила.

Да, была еще одна смешная или не очень история с моей глюкозозависимой младшей сестрой. Однажды мама принесла коробку конфет – большущую, невероятно красивую, кажется, импортную. И убрала ее до лучших времен, то есть до гостей, которые, как я уже говорила, собирались в нашем доме частенько. Нет, не убрала – спрятала.

Итак, наступает час Х. Съедены закуска и горячее, накрыт чайный стол. И мама торжественно объявляет, что всех ждет сюрприз. Идет к себе в комнату, достает из загашника коробенцию и с важным и гордым видом вносит в гостиную. Проносится восхищенный ропот – таких коробок, огромных и красивых, никто и не видел. И мама торжественно открывает сокровище.

Немая сцена. На дне коробки печально, одиноко и виновато лежит одна-единственная конфета.

Конечно, потом начался смех, и, конечно, спокойно попили чаек с вареньем и бабушкиным пирогом. В общем, обошлись.

Но после ухода гостей сестру ждала страшная кара.

Друзья уговаривали трясущуюся маму ребенка не убивать. Мама, выдавливая перекошенную улыбку, молча кивала. Сестра пряталась в комнате. Я готовилась к защите угнетенных. Сердобольная бабушка тоже. Но мама была неумолима: сдвинутые брови, поджатые губы и боевой настрой.

Как-то все утряслось, сестрица ревела белугой и твердила, что не могла удержаться, мы с бабушкой оттаскивали разъяренную маму – в общем, обошлось без жертв.

Еще одна история, связанная с угощением.

В начале девяностых к нам приехала моя подруга из Нью-Йорка. Уж как мы готовились, и, как нам казалось, отлично приготовились.