Судьба по наследству

Как он только успел поймать ее!

Но Анна была рассудительной девушкой, и не испытывала желания доставлять себе страдания. Поэтому повздыхав, решила, что жизнь продолжается, так что долой женственные платья, томные вздохи о недоступных поцелуях и здравствуй скутер, перемазанные сажей костра руки и прыжки с дерева в воду!

* * *

– Тотошка! Привет! Я с бабулей все новости обсудила, семь розовых кустов посадила, рис от гречки отделила и теперь я совершенно свободна. Давай после работы на остров! Я так соскучилась! Напечем картошки, пожарим сала на прутиках, как всегда.

Рыбу половим, ухи сварим. Покупаемся, поныряем! Если б ты знал, как мне не хватало всего этого! – весело защебетала Анна, предвкушая встречу со своим верным пажем, поклонником, и самое главное – единственным преданным другом.

С первого класса они сидели за одной партой, и все их еще в школе поженили. Антоша за Аней следовал, как ниточка за иголочкой. Сколько раз рисовал сердечки на асфальте с надписью внутри «Анна + Антон».

И сам он, понимая, что от искренней дружбы до тех отношений, которых хотелось бы ему, очень далеко, покорно принимал то, что есть. И даже в шутку называл себя Тотошкой, по аналогии с верным псом Элли из сказки об Изумрудном городе.

– Я перезвоню, – этот предельно сухой, но совершенно не информативный ответ девушку настолько озадачил, что она находилась некоторое время в ступоре. Что это с ним?! Не заболел часом?

Разгадка появилась намного позже, когда смысла ехать на остров уже не было никакого.

Антон Андреич Колосков, он же Антоша, он же Тотошка, подъехал к дому Ласкиной Дарьи Петровны на своей верной лошадке, белой «Ладе», тогда, когда другого молодого человека и на порог не пустили бы – в половине десятого вечера.

– Анютка, привет! – Антон сгреб девушку в объятья и расцеловал в обе щеки. Дарья Петровна, услышав шум, выглянула в гостиную.

– Антоша, мальчик мой! Как давно я тебя не видела! А ты чего так поздно?!

Молодой человек только горестно махнул рукой.

– Дарья Петровна, работа, работа и еще раз работа.

– Ты не голоден? Хотя, где там не голоден, ты ж небось домой не заезжал, пойдем, покормлю тебя, а то внучка только и может, как баснями накормить. Бес, а не девка, что только в голове?! Другие вон замуж выходят, а ей незнамо чего надо. Вот я ей и говорю: «Окрутит какая-нибудь вертихвостка твоего Антошу, и останешься в девках».