Анлин

 – Что вы думаете о первых сведеньях, об экзорцисте прибывшем в город?

По помещению прошел легкий шепот обсуждений, и слово взял один из вампиров в капюшоне.

– Мы думаем, что пока рано с ней встречаться лицом к лицу. Если семья Финиган еще не проявила себя, то у нас есть больше возможностей изучить данный человеческий образец, чтобы выявить больше ее слабостей, и более просто подчинить нашей воле.

– Есть другие мнения? – Спросил глава.

В дальнем кресле сверкнули оранжевые глаза.

– Я, в общем-то, согласен со старейшими, умудренными опытом вампирами, но я все равно хочу высказать свое мнение.

Изучить объект подчинения – это хорошо, но с другой стороны есть вероятность, что наши враги свяжутся с ней.

– Да, ты прав. – Подтвердил вампир, который высказывал до этого мнение большинства. – Однако не забывай, что наш новый активатор не простой человек, а экзорцист. Даже если Финиганы встретятся с ней, есть большая вероятность того, что она либо вообще не заговорит с ними, либо возьмет время, чтобы обдумать их предложение.

В этот момент мы спокойно сможем ее забрать и подчинить, при этом уже узнав слабые стороны девчонки.

– Но не осушит ли ее враг, если она откажется их выслушать.

– За этим уже Эдмонд должен проследить.

– Хорошо, у меня больше нет возражений, я согласен с мнением старейших. – Оранжевоглазый поднял леву руку.

– Еще есть вопросы или возражения? – Глава выждал минуту, но тишина не была нарушена.

 – Тогда голосуем за принятое решение. – Все двадцать вампиров подняли левые руки. – Единогласно. Мы оставляем за собой позицию наблюдателей, пока не соберем сведения или не понадобится вмешаться.

Только глава произнес последние слова, как из коридора послышался крик женщины, потом звук удара и чего-то падающего на пол. Сразу после этого дверь открылась, и вошел вампир в синих джинсах и белой футболке. На вид ему было лет двадцать пять, привлекательное лицо с бледной почти прозрачной кожей обрамляли волосы соломенного цвета, а глаза были фиолетовые.

На лице парня красовалась улыбка, которая обнажала белоснежные клыки. Он поклонился главе семьи, выражая в поклоне свое глубокое почтение, и извинения за опоздание на сбор семьи, и поприветствовал его.

– Мой господин, я приношу свои глубочайшие извинения за мою ошибку в рассчитанном времени, отведенном на дела, надеюсь, мой подарок загладит это недоразумение.