Лицедей. Сорванные маски. Книга вторая

Прочь! Не помню, как выскочила, и как оказалась в собственном номере, сжимая в руках разорванные трусики. Словно тумблер включился уже там, где есть возможность зализать раны. Истерика, наконец, вырывается наружу, и я кричу, падая, не добравшись до кровати.

Я кричу та громко и с таким надрывом, чувствуя как тошнота подступает к горлу, изнутри будто кислотой обжигая яростной болью.

Что еще ему от меня надо? Зачем снова пропускает через эти жернова? Неужели ему мало того во что он меня превратил? Влад уже и так отнял мою жизнь, малейшую возможность быть счастливой с другим мужчиной, потому что заклеймил меня своей больной любовью и презрением.

Выжег все внутри, и выкинул за порог, как выбрасывают использованный платок за ненадобностью.

Так нет же, вернулся, чтобы окончательно добить и раздавить своим превосходством и безразличием. Влад никогда не измениться, и нашу попытку строить свою жизнь порознь все чаще воспринимаю, как способ просто выжить, ибо друг с другом мы несовместимы.

Все эти пять долгих месяцев я загибалась в одиночку, выстраивала свое растоптанное и уничтоженное «я», собирала его по крупицам и лелеяла, потихоньку наблюдая, как оно поднимается, словно птица феникс из пепла наших отношений.

Но стоило только почувствовать его руки, и хриплый шепот у самого виска как все потеряло смысл, стало неважным, кроме сводящего с ума запаха и вкуса его губ.

Это будет продолжаться снова и снова. Нельзя просто так разорвать нашу связь. Она крепка настолько, насколько велики наши амбиции и желание спастись от этого изматывающего марафона.

И это добивало меня больше всего, и вместе с криком я выплескивала свое негодование боль и отчаяние, пытаясь заглушить сумасшедшее желание, все еще пульсирующее между ног.

Там меня и нашла испуганная Маруська, влетевшая как тайфун в мои апартаменты. Мгновенно оценив ситуацию, она бросилась ко мне, падая на колени, поднимая мою голову и убирая волосы с глаз.

– О, Боже, что случилось?– Заглядывает в глаза, в которых я читаю дикий страх.

Надо как то успокоить ее, сказать какие то слова, но язык не хотел слушаться, а в голове было пусто. Да и что тут сказать? Что меня только что жестко отымел бывший муж? Только говорить мне нечего не пришлось, дверь моего номера с грохотом отлетела к стене, чудом удержавшись в петлях, и в номер влетел Влад. Мы синхронно дернулись от испуга, Маруська вскочила на ноги, поднимая вслед за собой и меня, тараща на него огромные глазищи.