Соня Прекраснохвостая из Зачарованного леса. Сказка для детей

Ищущие выкрикивали имена бельчат, их голоса сливались, Агафья несколько раз принималась плакать, но вскоре брала себя в руки. Детей необходимо было найти до полной темноты, хотя ни о какой темноте речь не шла. Многочисленные поисковые отряды вооружились фонариками всех размеров и мощности. Большая полянка, как взбудораженный улей, гудела, кричала, то и дело вспыхивающие лучи света освещали каждую травинку. Эту ночь позже окрестили большим переполохом, и частенько говорили: «Помнишь то лето, когда был большой переполох», или «это было до большого переполоха».

А тем временем наши близнецы со своей новой подружкой предвкушали встречу с тайной и ее разгадку. И им можно позавидовать, большинству зверей никогда не суметь прикоснуться к чему-то поистине таинственному. Звери думают, что их жизнь самая обыкновенная и мечтают о встрече с тайной. И только счастливчики узнают, что он сами, каждый без исключения и есть самая большая тайна, каждая жизнь и есть самое захватывающее приключение. Но одно дело причитать эти слова в книге и совсем другое пережить на собственном опыте, увидеть себя, как самую великую загадку и свою жизнь как волшебную серебряную нить, протянувшуюся из неизвестности в непознанное.

Соня с Тимофеем, легли на ветку и подрагивали от нетерпения, им казалось, что они ждут уже очень долго, когда послышалось отдаленное карканье. Даже не так, внезапно установилась полная тишина. Лес никогда не бывает полностью безмолвным. Ветер перебирает листву деревьев, шуршат в траве ночные мотыльки и прочие ночные насекомые.

Все стихло.

Глава 3 Загадочные шары

Когда Соня вспоминала этот миг, ей казалось, что у нее остановилось дыхание и тело застыло в неподвижности. Затем в ушах отчетливо послышался тонкий свист, как будто застрекотал малюсенький сверчок. Раздалось отдаленное карканье. На поляну, окруженную валунами, приземлялись одна за другой черные птицы. Их было трудно разглядеть, они сливались с чернотой каменных глыб, кто-то ходил, между камней мелькали движения теней, доносились тихие голоса.

Возник свет, это был не яркий солнечный или мягкий лунный свет, свет не походил на электрический или огонь от костра. Он отличался от всего, виденного Соней. Он был живой, обладал собственным разумом, он, казалось, видел и разговаривал, был самым близким, как мамины глаза, свет был самой любовью. Из него появились два небольших шара и начали кататься. Это был танец двух световых шаров, глядя на них хотелось смеяться и плакать одновременно.