Большая книга ужасов – 10 (сборник)

Глава XVII

Как я опять плясала перед крысами, а мама попала в больницу

Я еще с порога поняла: что-то не так. Их Величество сорвался с моего плеча и рванул в комнаты, пища и постанывая. Из погреба (у нас в особняке погреб) с довольным видом вынырнула мама.

– Я убрала крысиные запасы, – сообщила она, – а то уже пованивать начали.

С тех пор как мы с королем стали знаменитыми, ему каждый день приносят еду буквально ящиками. А он, даром, что король, делает запасы под диваном, в диване, в шкафах, как обыкновенная крыса.

С утра в доме вообще было не развернуться – того и гляди, раздавишь какой-нибудь помидор.

Королю не понравилась мамина затея. Он как ошалелый бегал по комнатам, заглядывая под столы-диваны, не находя там своих запасов и пища, как сорок пищалок. Крысиная мамаша, видя такое дело, вторила ему. Родители смеялись.

– Светка, успокой зверя! – велел папа. – Твой талисман как-никак.

Я включила музыку, встала перед Их Величеством и начала выплясывать. Минута, другая – и крысы притихли, улеглись на диван, блаженно щурясь.

Животные, а искусство ценят!

Папа с мамой ушли к себе наверх, а я танцевала для короля. Все-таки крысы на редкость умные животные – какому-нибудь котенку было бы все равно, хоть ансамбль Российской армии пригласи – по фигу. Будут орать и жрать просить. А крыса понимает. Когда я стала напевать нашу новую песенку о крысином короле, Его Величество в такт забил узелком на хвостиках.

Я не слышала ни крика, ни грохота. В таком большом особняке вообще трудно расслышать, что происходит на других этажах.

И папа не мог меня позвать – он был очень занят. Я танцевала, когда к подъезду с воем подлетела «Скорая».

Не помню, как я бежала к двери. Помню растерянного папу, циничного медбрата («Лучше надо полки приколачивать!»), помню окровавленную мумию на носилках – мама в бинтах. Говорят, что жива, что на нее упала кухонная полка, тяжелая, как статуя Свободы. Помню умильные морды Их Величества на диване. У крыс была голубая мягкая шерстка и черные глазки-бусинки.

Помню упавшую полку в луже крови.

Папа прошел в комнату и плюхнулся на диван. Я к нему. Крысы радостно скакали по нам. Папа рассеяно следил за узлом хвостиков, прыгающим по дивану туда-сюда. Он считал себя виноватым, как же, полки надо лучше приколачивать.

– Что врач сказал?

– Сотрясение мозга – точно. И переломов, наверное, полно.

Я забралась на диван с ногами и прижала к себе крыс. Нам ведь всем так везло последнее время! Сказочно везло.