Большая книга ужасов – 86

Ты учти, что у меня желающих…

В комнате что-то звякнуло, разбилось, послышалось ворчание.

– Заткнись там! – рявкнула Тощая мне в ухо, пульнула на звук ближайшим ботинком, замахала на меня рукой и попятилась в комнату, утаскивая за собой кресло.

* * *

Я вышла из подъезда, щёлкнула брелоком. Нет, наверное, всё-таки надо вернуться…

– Эй, Земля! – голос раздавался сверху. – Меня забыли! Забыли меня!

На балконе пятого этажа стоял вполне живой дедушка в футболке «Металлика» (у меня была такая в школе и махал ботинком, свободной рукой держась за перила.

К такому волонтёрская работа меня не готовила!

Я стояла разинув рот, а дедушка на балконе, кажется, решил, что я не очень умная, поэтому, сбавив тон, терпеливо и негромко повторял, не забывая жестикулировать:

– Я поеду с вами! Как понял, приём?!

– Мне подняться?

Он кивнул, и я побежала назад. Опоздаю на тихий час! До обеда моего отсутствия в лагере никто не заметит, во время – тем более: у меня уже достаточно большие детки, чтобы поесть без нянечки, – а вот когда начнётся тихий час… Мои устроят революцию, и все мы дружно вылетим из лагеря, не знаю, кто первый.

Запыхавшись, я взлетела на пятый этаж и толкнула дверь. Дедушка уже стоял в коридоре, опираясь на разложенное кресло. Взгляд у него был, будто он сейчас загребёт меня этим креслом как ковшом экскаватора да и прокатит по лестнице вниз. Или дело не во взгляде? Да нет, в нём. Я такие глаза видела только в кино про войну. Он не просто смотрел, а словно прицеливался не щурясь.

– Здравствуйте, – глупо сказала я.

– Пассажира забыли, – глупо ответил дед.

За спиной его показалась Тощая, он обернулся и переключился на неё:

– Вещи продаёшь?! А ничего, что я ещё жив?!

– Вот и я хочу пожить спокойно. Не трястись от каждого шороха. А ты хочешь всех пережить, один остаться!

Они пререкались, а я соображала, что делать. Звонить в фонд, звонить в Дом, звонить в опеку, ещё куда… На что рассчитывала Тощая, эта добренькая родственница, когда хотела избавиться от дедушкиного барахла при нём живом, я после подумаю.

– Я должна позвонить! – Я достала трубку, и, пока листала телефонную книгу, что-то ударило меня под коленки. Я свалилась на мягкое и поехала по ступенькам вниз.

* * *

Копчик больно врезался в перила, отделяющие лестничную площадку от окна. Хорошо, что врезался, а то вылетела бы сейчас штанами вперёд с пятого этажа. Я торчала на лестничном пролёте, стоя коленями на коляске.