Создатель балагана

А на тротуаре дымился паромобиль, водитель которого резко свернул в сторону, чтобы не столкнуться с растяпой. Вокруг начинали собираться зеваки. Юлиус тоже подошел поближе.

Возле стены дома без сознания лежал мужчина.

– Совсем обнаглели, уже и на тротуар на своих телегах полезли…

– Тот шел, никого не трогал, и вдруг – удар…

– Распоясались, и не говорите, скоро по головам будут ездить…

– Его так ударило, что на два метра в сторону отлетел…

Толпа, как это обычно бывает, с удовольствием обсуждала происшествия, без стеснения высказывая при этом все свои мнения по поводу дорожного движения, пешеходов, водителей, тротуаров, машин, указателей и, конечно, властей, которые «неизвестно куда смотрят».

Юлиуса же дельфийские власти волновали куда меньше, чем несчастный, попавший под колеса паромобиля. Во-первых, мошенник чувствовал в произошедшем часть своей вины – ведь именно он отправил Гераклида в «свободное плавание» на этом перекрестке и стал косвенной причиной аварии. Во-вторых, в складках одежды упавшего что-то копошилось.

Или кто-то. Корпс растолкал зевак, присел на корточки, протянул руку… и вытащил из-под живота пострадавшего маленького черного крота. Тот недовольно пыхтел, извивался и бил лапками по воздуху.

«Интересный персонаж, – подумал Юлиус, машинально поглаживая крота по спинке. – По крайней мере, не каждый день встретишь на улице человека, который выгуливает крота. Отлично, Гераклид, просто отлично. Благодаря тебе паромобиль лишил питомца любимого хозяина. И кто должен расхлебывать все это? Конечно, господин Корпс, кто же иначе», – Юлиус потрогал запястье упавшего.

Оно было теплым, и пульс хорошо прощупывался.

– Кто-нибудь вызвал эскулапов? – мошенник состроил обеспокоенное и строгое выражение лица. По очереди оглядел лица зевак. Те прятали глаза – очевидно, обсуждение происшедшего было гораздо интереснее, чем необходимость предпринимать какие-то действие по спасению пострадавшего.

– Я эскулап, – хрипло проговорил водитель, который до этого, не обращая внимание на зевак, ощупывал свой паромобиль.

 – Могу осмотреть… эээ, жертву. И отвезти его домой или в больницу, в зависимости от его состояния. А вы…

– Я его приятель, – Юлиус криво улыбнулся и почесал за ухом крота. Тот зарылся мошеннику под локоть и щекотно пихал лапами, как будто пытался прорыть ход через одежду и дальше – под ребра. – И, конечно, поеду с вами, если понадобится.

«А также, когда несчастный очнется, получу с него деньги. В благодарность.