Завтра

Что он делал на моем этаже? И почему его глаза наполняются слезами? Затем я увидела его судя по всему отца, и все поняла. Я знаю, что означают его слезы. Я взглянула на часы, висящие на стене. Блин! Время принимать лекарства. Я бегом побежала обратно. До двух часов оставалось три минуты. Смогу ли я подняться на третий та за три минуты. Когда-то я очень хорошо бегала. И была лучшей в классе. Но с тех времен прошел год. И за этот год я позволила себе немножко облениться. Я поднимаюсь на свой этаж и стараюсь справиться с одышкой.

Холл уже полон медсестрами. И после пересмены напоминает пчелиный улей. Я важно прохожу в холл. И также важно иду мимо стойки внутри, от беспокойства сжимается желудок. Но я продолжаю идти, как по подиуму.

– Дина!

Это голос Руби. По ее металлическим ноткам в голосе я понимаю, что сейчас меня ждет выговор.

– Да?

Я притворяюсь застигнутой врасплох. Но Руби слишком хорошо меня знает.

– Где ты была? – спрашивает она.

– Я ходила на второй этаж, – торопливо отвечаю я.

Это полный бред. И мне очень стыдно, что я лгу Руби. Но я уже сказала это вслух, и отступать от своих слов не стоит.

– Ладно, – Руби бросает на меня тяжелый взгляд, и я понимаю, что я на волоске. – Иди в палату, Дина.

Я быстренько прошмыгиваю мимо нее, со жгучим желанием обернуться. Ведь если вдруг я обернусь, и Руби будет смотреть мне вслед, это значит, что она наблюдает за мной и я буду на особом месте провинившихся. Но я понимаю, что не стоит оборачиваться, и заходу в палату, закрывая за собой дверь.

Плюхаюсь на кровать, и достаю из комода дневник. Открываю лист, в котором писала в последний раз, а это было вчера. И замечаю, что на бумаге расплывается маленькое пятнышко крови, превращающееся в кровавое озеро. Я подношу руку к носу. Нос влажный и весь в крови. Я подбегаю к умывальнику, чтоб открыть воду. Запрокидываю голову и пытаюсь помыть лицо. Кровь все так же бежит, а стою и чувствую себя абсолютно беспомощно.

В дверь стучатся. Я кричу «Входите». Дверь открывается, и голова Джейка выглядывает в проеме.

Видя мои страдания, он подходит ко мне и протягивает пачку салфеток. Я промокаю салфеткой влажное лицо, и осознаю, что кровотечение закончилось. Я еще раз вытираю лицо насухо.

– Как дела? – я спрашиваю более непринужденно.

– Отлично. Завтра меня забирают.

Я изумленно смотрю на него.

– Что? Тебя переводят?

– Нет. Я уезжаю домой.

Я задумчиво рассматриваю стену палаты, чтобы не встречаться с ним взглядом.