Ева Полянская – жизнь и судьба. Книга 2. Жить вопреки

– Что, что получиться Ева, – уже раздражаясь, сказал Николай.

– Я беременна, – сказала я тихо. – Это твой ребенок, потому что после того, у меня, в общем, были, а потом нет и нет, я пошла к врачу, он сказал, что я беременна, – закончила я тихо и виновато посмотрела на него.

Николай стоял в каком-то оцепенении и тоже смотрел на меня.

– Коленька, – тихо позвала я его и дотронулась до его щеки. Мне стало страшно, почему он не двигается, может быть, он не верит что это его ребенок?

Николай вздрогнул, отпустил мои руки, вдруг встал на колени, уткнулся лицом в мой живот и обнял меня.

– Любимая, – прошептал он. – Ева, родная.

Казалось, больше говорить он не может. Николай стоял на коленях и плечи его подрагивали. Я гладила его по голове и тоже глотала свои слезы.

– Я так счастлив, – сказал он, когда поднял свое лицо.

– Коленька, сейчас такое время, война, – сказала я снова виноватым голосом.

– Мне все равно, все равно! У тебя будет все самое необходимое, самое лучшее! – крикнул Николай и вскочил с колен.

– Не надо, – смеялась я сквозь слезы. – Нашему малышу нужны оба родителя и мама и папа.

– Папа, – прошептал он, схватил меня на руки и закружил по комнате. – Ева, любимая спасибо, спасибо тебе!

– Коленька, – громко смеялась я, запрокинув свою голову, – ой, поставь меня на место, у меня голова кружиться.

Он тут же поставил меня на место.

– Это надо отметить. Это надо отметить Ева! В ресторан сейчас не сходить, но! – с этими словами он побежал на кухню и принес бутылку вина, – берег на твой день рождения, но сегодня такой случай. Ева, – прошептал он и обнял меня. – Я уже и не надеялся, столько лет, и надо же, но это не важно, – тут же с жаром заговорил он. – Не важно, любимая! Так закусочку принесем, – он стал метаться из кухни в зал, а я сидела на стуле и смеялась, наблюдая за Николаем, и была так счастлива в эти минуты!

Когда он накрыл на стол, то поставил свой стул рядом с моим стулом, разлил по бокалам вино, и один бокал подал мне.

– Так нет, – вдруг одернул он свою руку. – Тебе нельзя.

– Один бокал можно Коленька, – сказала я. – Это же вино.

– Хорошо, – довольно заулыбался Николай, – один бокал для будущей мамы.