Ева Полянская – жизнь и судьба. Книга 2. Жить вопреки

– Ева Адамовна, вы как всегда великолепны, – пропел он, когда мы подошли к ним, взял мою руку и поцеловал ее.

– Спасибо, – я тоже улыбнулась в ответ. – Вера Семеновна, здравствуйте, ох, что это, что за прелесть у вас, новые сережки?

Я знала, что жена начальника Николая очень любила украшения, и еще больше ей нравилось, когда их замечали и хвалили.

– Да, – тут же зарделась Вера Семеновна, – мой кусик недавно подарил мне, к премьере.

– Для моей половинки все что угодно, – сказал кусик и поцеловал ее в щеку.

Мы постояли немного в фойе, здороваясь, если видели знакомых, а потом прошли на свои места. Николай подал мне программку и платок.

– Ты как всегда будешь плакать, – сказал он, потому что знал, что когда я смотрю на сцену, я полностью погружаюсь в действие, которое там происходит. То же самое со мной происходило и в кино, и поэтому Николай всегда брал с собой по несколько платков.

Занавес открылся, и реальность перестала для меня существовать. Я была там, вместе с героями.

Николай держал меня за руку, поглаживая ее, и смотрел то на сцену, то на меня. Его сердце сжималось от той нежности, что он чувствовал ко мне и любви. Каждый день он благодарил Бога за то, что тот позволил ему встретить это чудо, а главное жениться на мне. Он был счастлив, хотя знал, что я и половины не испытываю к нему того, что испытывает ко мне он.

Он улыбнулся, когда увидел, как я зашевелила пальцами на второй руке, потому что знал, что произойдет дальше. Теперь я затеребила жемчужную ниточку, которая висела у меня на шее.

Это означало, что я крайне взволнована, и он сжал мою руку, давая тем самым понять, что рядом. Я слегка вздрогнула, и перестала теребить бусы.

В антракте мне пришлось слушать болтовню Веры Семеновны, которая делилась сплетнями завода. Но потом я снова окунулась в действие на сцене. А когда спектакль закончился, зааплодировала и одна из первых вскочила со своего места. В такие моменты мне было все равно, кто я, что я, с кем я. Я просто получала удовольствие.

Как я и говорила Николаю дома, после спектакля мы поехали в ресторан. Николай старался не пить, но это ему плохо удавалось, поэтому домой ехать пришлось на такси. Я помогла ему подняться на наш этаж, раздела и уложила в постель. А сама, когда переоделась и помылась, налила себе чаю, села за стол на кухне и стала вспоминать тот вечер, когда я встретила Дмитрия, врезавшись в него.

– Опять его вспоминаешь, – в дверях стоял Николай и покачивался.