Простое дело с жемчужиной. Часть 2

Алекс рассчитывал сесть рядом с ней, но Соломон Феликсович опередил его, и Меньшову пришлось довольствоваться местом рядом с ювелиром. Алекс предложил ему поменяться, но тот отказался, сказав, что посередине чувствует себя гораздо безопаснее. Меньшову такое объяснение показалось неубедительным. Но пришлось смириться с причудой старика. Впереди было около 5 часов полёта.

Расположившиеся неподалёку Зиночка и Стас, оживлённо разговаривали. Потом стали вместе разгадывать кроссворд. И Алекс подумал, как было бы здорово сейчас сидеть рядом с Лёлькой и тоже разгадывать кроссворд, смеяться над её шутливыми остроумными отгадками и заглядывать в её синие глаза.

Он подался вперёд, стараясь увидеть, что она делает.

Несмотря на отеческую заботу ювелира, взгляд, которым она одарила Алекса, был нежным и давал понять, что она охотнее бы сидела рядом с ним. Соломон Феликсович то укутывал её пледом, то брал для неё горячий чай, то развлекал забавными историями. Когда она задремала, Алекс потянулся, чтобы поправить сползающий с неё плед.

Но Соломон Феликсович подумал, что он хочет её разбудить, и остановил его: «Нет-нет. Посмотрите, она уснула. Не будите. Пусть поспит», – и поправил плед сам.

Такая забота со стороны ювелира начала раздражать молодого человека, и он стал обдумывать, как пересадить его на другое место.

Исследовав содержимое своих карманов, Меньшов обнаружил таблетки, используемые для очищения желудка, и решил применить минимальную дозу, чтобы вызвать лишь ощущение лёгкой тошноты.

Когда принесли воду, он незаметно растворил полтаблетки в стакане и немного попробовал. Было противно. Тогда добавил туда апельсиновый сок и снова попробовал. На этот раз снадобье было довольно вкусным и готовым к употреблению. Протянув стакан ювелиру, Алекс сказал:

– Необыкновенно освежает. Попробуйте.

Соломон Феликсович, полюбовавшись на напиток, вместо того чтобы выпить, протянул Лёльке. Она приняла «переходящий кубок» и поднесла его к губам, но, увидев, что Алекс смотрит на неё выпученными глазами, подобно испуганному молодому орангутангу, и непонятно жестикулирует, остановилась.

– Что? – спросила она.

– Ничего, …но мне кажется …за окном хорошая погода, – ответил он, глядя на неё неестественно простодушным взглядом.

– Ты что, Меньшов? Какая погода? – сказала Лёлька и недоумённо посмотрела в тёмный иллюминатор, за которым была ночь. – Не хочу тебя расстраивать, но в Лондоне обещали дождь.