Простое дело с жемчужиной. Часть 2

Люблю тебя как сын,

Как русский, – сильно, пламенно и нежно!

Люблю священный блеск твоих седин

и этот Кремль зубчатый, безмятежный…

Вселенная замолкла… Величавый,

один ты жив, наследник нашей славы.

Ты жив!.. Ты жив, и каждый камень твой – заветное преданье поколений....»

– А я ещё знаю стихи о Москве. Посоревнуемся? – спросила Лёля.

– Ну, давай. Если хочешь, – ответил он.

– Стихи М. Матусовского.

«Здесь Пожарский гремел, здесь командовал боем Кутузов.

Ты, как древняя сказка, бессмертен, прекрасен и стар.

От тебя отходили замёрзшие своры французов,

от тебя отступали несчётные орды татар».

– А дальше?

– Дальше не так красиво звучит. Дальше про немцев, – объяснила девушка.

– Забыла в стихах, расскажи прозой, – сказал молодой человек, улыбаясь глядя на неё и получая явное удовольствие.

Лёля только не понимала по его взгляду, чем вызвано это удовольствие – то ли тем, что он подсмеивается над ней, то ли тем, что ему нравится смотреть на неё. Слегка поразмыслив, она пришла к выводу, что подсмеивается, и ответила:

– Ничего не забыла… Просто не хочу эти стихи продолжать.

– Тогда давай другие.

– Пожалуйста… Стихи Николая Языкова… – объявила Лёлька и начала декламировать.

– «Я здесь! – Да здравствует Москва!

Вот небеса мои родные! Здесь наша матушка-Россия семисотлетняя жива!

Здесь всё бывало: плен, свобода, Орда

и Польша, и Литва,

французы, лавр и хмель народа. Всё, всё!.. Да здравствует Москва!»

– Засчитано как одно очко, – вёл подсчёт Алекс.

– Почему это? Я два рассказала.

– Они у тебя короткие.

– Или два, или я не играю.

– Ладно, два, – ласково глядя на неё, согласился он. – Слушай отрывок стихотворения Давида Самойлова.

«Помню – папа ещё молодой,

Помню выезд, какие-то сборы.

И извозчик лихой, завитой,

конь, пролётка, и кнут, и рессоры.

А в Москве – допотопный трамвай,

где прицепом – старинная конка.

А над Екатерининским – грай.

Всё впечаталось в память ребёнка…

Помню – мама ещё молода,

улыбается нашим соседям.

И куда-то мы едем. Куда?

Ах, куда-то, зачем-то мы едем…

А Москва высока и светла.

Суматоха Охотного ряда.

А потом – купола, купола.

Звон раскатистый слышно над градом…»

– Красиво! А дальше? – попросила девушка.

– Если я расскажу дальше, то ты проиграешь.

– Пусть, я хочу услышать, что дальше.

Алекс, весело улыбаясь ей, продолжил:

– «Звонко цокает кованый конь

о булыжник в каком-то проезде.