Ани из Персикового дома

Остыл ли отец? Не досталось ли Софье, пока он «проветривал голову»? Мальчик пришел из леса с пустыми руками, что еще сильнее могло разозлить Гордея.

Осторожно открыв дверь, Витя зашел в дом. На кухне никого не было.

– Папа ушел к дяде Захару, – напугал мальчика голосок сестры.

Увидев, что с ней все в порядке, Витя облегченно вздохнул.

– Мама пошла в храм, а близнецы куда-то опять убежали, – продолжила доклад Софья.

Храм Всепрощающей матери построили не так давно. В последнее время новая религия распространялась по близлежащим деревням со скоростью лесного пожара.

Их деревня Беспроторица хоть и была самой крайней, но тоже менялась под воздействием недавно появившейся веры.

В храме находили приют и проникались идеей спасения души многие несчастные люди деревни. Новая вера появилась словно из ниоткуда и вдруг охватила умы соседей. Александра все чаще задерживалась в храме по несколько часов, только там она чувствовала спокойствие.

Витя старался обходить храм стороной, потому что там считали, что любое отличие – это проявление злых сил.

К Витиному заиканию тоже относились с опаской, и мальчик, и так говоривший мало, теперь старался помалкивать как можно больше и не привлекать к себе внимания.

– Т-ты обедала, Софья? – ласково спросил Витя.

– Нет, братик. Мама сказала дождаться, но ее все нет и нет.

Представив, как сестра сидит и терпеливо ждет прихода матери, которая не очень-то торопилась возвращаться домой, Витя стиснул зубы.

– Ну хорошо, п-пойдем, я что-нибудь п-придумаю, – постарался спокойно сказать он.

Подогрев кашу, оставшуюся с завтрака, Витя с Софьей хотя и не очень сытно, но поели. Оставив сестру играть в куклы на первом этаже, мальчик поднялся в свою маленькую комнатку под крышей. Теперь, когда ничего его не отвлекало, он мог поразмышлять о девочке с карими глазами.

***

Видимо, Витя задремал, потому что не услышал, как кто-то поднялся к нему по лестнице. Мальчик подскочил от неожиданности, услышав голос:

– Эй, Витя, тебя отец зовет.

В первую секунду мальчик не мог понять, кого из близнецов он видит перед собой. Они были практически неразличимы, только под глазом у Вани была маленькая родинка.

«Родинки нет, значит, Степа», – подумал Витя.

– Чего он хочет? – подозрительно спросил мальчик.

– Мне почем знать? – отмахнулся Степка. – Иди вниз да спроси.

Когда Гордей звал, это не предвещало ничего хорошего. Но отсиживаться в своей норе, как трус, Витя тоже не мог.