Ани из Персикового дома

Однако сейчас был исключительный случай, лиса бы погибла, не помоги ей Ани.

Девочка опустила руки на рану, лиса было дернулось, но Ани продолжала тихо напевать заклинание, и она успокоилась. Призвав магию и надеясь, что у нее получится, девочка закрыла глаза и произнесла:

– Я обращаюсь к силам внутри себя. Пусть рана затянется. Я добровольно отдаю этому существу часть своей энергии. Пусть рана затянется. Я с радостью делюсь своей магией. Пусть рана затянется.

У Ани закружилась голова. Так было всегда после особенно сложных заклинаний.

Хлюп осторожно ткнулся ей в ногу своим острым носом, выражая поддержку. Открыв глаза, девочка увидела, что смертельное ранение, еще пару минут назад причинявшее лисице боль, исчезло. Руки Ани лежали на мягком здоровом мехе.

Лиса вскочила, несколько секунд смотрела на девочку, будто выражая молчаливую благодарность, и исчезла между деревьев. Ани опустила ладонь на мягкие иголки Хлюпа, которые сейчас стали обеспокоенно-зеленоватыми.

– Все хорошо, Хлюп, – успокаивающе произнесла девочка.

 – Я в порядке, только посижу чуть-чуть.

Ани не подавала виду, но ее сильно обеспокоили участившиеся ловушки охотников. Девочка не могла спокойно смотреть, как страдают лесные звери.

«От людей одни беды», – мрачно подумала она.

Глава 3. Недоброе утро

Витя проснулся от громких криков. Это был привычный будильник в его семье. Видимо, близнецы снова что-то не поделили.

Мальчик сонно потянулся, на секунду забыв о вчерашнем «подарке» отца.

Однако тот быстро дал о себе знать, спину прострелила боль. В этом Витя никого не мог винить, кроме себя. Знал же, что не стоило вмешиваться и попадать под горячую руку отца, но спокойно смотреть, как тот кричит на Софью, младшую сестру, мальчик не мог. Ей было всего восемь лет, она не могла защитить себя. Витя, с высоты своей мудрости тринадцати лет, взял на себя обязанность оберегать Софью.

Близнецы же, десятилетние Ваня и Степка, были такими верткими, что умудрялись вновь и вновь избегать тяжелой руки отца.

Вся мощь его негодования в итоге обрушивалась на Витю.

Мальчик полежал еще пару минут, заставляя себя спуститься вниз. Он жил в маленькой комнатке под самой крышей, которая скорее напоминала чердак, но, по крайней мере, ему не приходилось делить ее с близнецами. Сюда вмещалась лишь узкая кровать, небольшой сундучок для одежды да низенькая деревянная тумбочка, которую Витя смастерил сам.