Песнь Элмара

А, что, война, думаешь, будет?

– Кто знает, – ответил Итильхир, – Сейчас ни в чём нельзя быть уверенным.

– Ну, да, – протянул Бэлеграс, поднимаясь.

– Ты куда? – спросил Итильхир.

– Хотел в Элмар заехать ещё, – ответил Бэлеграс. – Может, появились новости какие.

– Будем надеяться, – согласился Итильхир. – Передавай Таурхиру привет.

Бэлеграс только молча кивнул и вышел. Он заметил, какие перемены произошли с Итильхиром за последнее время. Впрочем, как и со всеми остальными. Это ещё раз подтверждало то, что без Элмара никто не мог и шагу никуда ступить, хотя, опять таки, никто этого не признавал.

Бэлеграс и сам чувствовал себя не особо уверенно без своего друга, но это было далеко не из-за военной помощи, которую Элофор мог бы ему оказать. Ему просто было жаль, что Элмарца больше не вернуть. Но переживать за свой город, когда произошла такая беда, он не мог, сказав себе сам, что не имеет на то права. И это, ведь, должно было коснуться и Итильхира, наверное.

Бэлеграс спустился по лестнице, как уже в самом низу вдруг столкнулся с Нэфмар, дочерью Итильхира.

– Бэлеграс, – позвала она, заставив его остановиться. – Бэлеграс, что-нибудь известно о нём?

Альв медленно развернулся и взглянул в полные слёз глаза девушки. Сколько искреннего переживания и боли было в этом взоре. Нет, она не боялась за судьбу Таурлонда, не переживала и за свою судьбу. Он видел, она думала об Элофоре, и эта боль была настоящей.

– Скорее, он…. – Бэлеграс оборвал себя.

 – Ну, ты поняла, – мрачно докончил он.

Нэфмар больше не произнесла ни слова, лишь устремив на Бэлеграса полный отчаяния взор. Альв не знал, стоило ли ещё что-то говорить. Скорее, нет. Понимающе взглянув на Нэфмар, он развернулся и быстро ушёл.

Мэнэлвэн бесцельно бродила по коридору замка, пока, наконец, не решила выйти на один из балконов. Вот, только, какой? Наверное, тот, угловой, оттуда вид на Элфин самый лучший. И она медленно прошла, шелестя шёлком своего белого платья, как-то отрешённо глядя вперёд.

Как она устала за сегодняшний день! Ей уже чуть ли не с десяток раз пришлось столкнуться с Марион, и, делая скорбное лицо, выдавливать слёзы и что-то говорить об Элофоре. Да ещё и перед Элгондом расплакаться и позволить себя утешать. Благо, что сын Эредгила слишком занят для того, чтобы выяснять, подлинные ли чувства она испытывает к Элофору. Хотя, ей показалось, что он, всё же, понял, только виду не подал почему-то.