Песнь Элмара

Оказавшись на стене, Элофор тотчас же перерезал глотку первому из нападавших, кому-то дал по голове навершием, двоих заколол и рубанул по спине пятого. И прежде чем основная сила Элмара смогла оказаться здесь, за сыном Эминнаура успело подняться с три десятка воинов. Элофор пошёл на прорыв.

Расчищая себе и своим воинам дорогу, он заметил, что, и вторая часть его войска уже сумела частично овладеть стеной. Значит, противник взят по флангам, по крайней мере, на стене. Но, с другой стороны, именно к этой стене сейчас и соберутся все силы, а это означает, что их могут просто забить по углам и обстрелять.

А этого не нужно, даже очень не нужно. Если же начинать спускаться в город, то они опять-таки, будут окружены, ведь стены снова будут принадлежать элмарцам. И думать надо быстро.

– В город! – приказал Элофор своим пяти сотням, после чего во всю силу своих лёгких, так, чтобы слышала вторая половина войска, прокричал:

– Держать стены!

Лишних обдумываний и объяснений нужно не было, каждый воин понял, что требуется именно от него.

Пятьсот эльфов ринулось за Элофором вниз по стенным лестницам.

Элофор не переставал оглядывать город, пытаясь найти Таурхира. Так, вон там основное войско, но его, явно, там нет. Значит, где-то должна быть засада, скорее всего, это отряд самых отборных воинов, которыми сын Таурдора и будет руководить. Элофор даже примерно догадался, откуда эту засаду можно ожидать. Скорее, либо со спины, значит, сейчас его отряд находится за дворцом, либо слева, со стороны Малых ворот.

Впрочем, возможно, именно оттуда.

Элофор вновь взял меч и повёл свой отряд на основное войско. По их ведению битвы можно будет уже точно определить, с какой из двух предполагаемых сторон ожидать нападения Таурхира. Только бы момент выждать. Опять это вечное «ни раньше, ни позже»!

Два отряда столкнулись с силой двух молний, ударившихся друг в друга. Город превратился в кипящую пучину сражения, ведь ни одна сторона не уступала другой ни в силе, ни в ловкости, ни, тем более, в упорстве.

Стоны и крики воинов заглушались звоном мечей и свистом сыпавшихся со стен стрел. Невозможно было найти ни единого места, чтобы спрятаться, или передохнуть. Едва кто-то, устав, на мгновение опускал меч, того тотчас лишали жизни. Стоило замешкаться, и в спину или в грудь вонзалось лезвие. Кто-то пытался отступить в сторону? В дело вступали быстрые стрелы.