Дар лунного грифона

Снова посмотрев на молодого механика, я столкнулся с непонимающим взглядом. Паренёк немного помолчал, а потом обратился к коллеге.

– Банни! Тут пришли, разберись, – и снова оглядев меня с ног до головы, продолжил копаться под капотом.

Ко мне подошёл немолодой мужчина, с проседью на висках. Всё в том же рабочем комбинезоне. Полноватый механик с вопрошающим видом уставился на меня, видимо, принял за клиента.

– Добрый день, я Роджер Банни, старший смены. Чем я могу помочь? – как по инструкции, представился он.

– Где я могу найти мистера Грэмси? Я Артур Грифрайс, его друг, – поинтересовался я снова. В прошлый раз ответа не получил.

– Вам нужен Уолтер Грэмси? – неверующе спросил Банни. Сожаление на его лице мне не понравилось. Внутри забилось плохое предчувствие.

Я оторопел. Что было не так с этим Роджером, понять не мог, но беспокойство разгорелось костром в груди. Мистера Грэмси уволили? Придавило машиной? Вернулся в пожарные? Последний вопрос я отмёл, оставив без ответа. Не тот возраст у Уолли, чтобы он подался на работу в пожарную часть.

Разве что диспетчером.

– Если вы его друг, то должны были знать, что он умер пару месяцев назад. У него был рак, – ошарашил новостью механик.

В ушах зазвенело. Как? Почему я ничего не знал об этом? Неверие пришло следом, а после него и невероятная скорбь. Рак? Боже! Самая нелепая и неотвратимая смерть из всех, что есть на свете, когда ты знаешь, что это всего лишь болезнь, но понимаешь: она тебя победила, едва начавшись.

– С вами всё в порядке? Может, присядете? – спросил Банни.

– Нет, всё нормально. Я уезжал на пару лет, но держал связь с мистером Грэмси до недавнего времени. Оказывается … – коварное слово произноситься не хотелось. Оно застряло в горле. Я даже закашлялся от одолевшего удушья и расстегнул верхние пуговицы рубашки, словно это могло помочь лучше дышать. Не помогло.

– Вы, может, и правда присядете? Мне не нравится ваша бледность, – голос седовласого механика стал настойчивее. Он даже сделал несколько шагов навстречу.

Но я вскинул руку в останавливающем жесте, чтобы, во-первых, он не касался формы грязными руками, а во-вторых, чтобы не вызывать жалость. Никогда не любил, когда меня жалели. Не переношу этого и сейчас.

– Спасибо, но я, пожалуй, поеду, – сообщил сдавленно, продолжая осмысливать услышанное. Уолтер Грэмси, человек, который принимал участие в моём воспитании, заменив несуществующего отца, умер, а я даже не знал об этом.

Именно он отвозил меня в школу.