История одной тени

Она была готова хоть сейчас окунуться в науку.

И вот, наконец, Аарис хлопнул в ладоши и эхо заплясало под потолком. Торай Ильны что-то ещё сказал своей покровительнице, а потом выпрямился и зашёл за трон, взявшись крепко обеими руками за две крайние остроконечные пики спинки.

– Свидетельствуя по чести и совести, как велит обычай, пусть выйдет на свет тот, в чьём доме свершилось злодеяние! – начал поднявшийся с трона Аарис, одёрнув рукава чешуйчатого плаща.

Из тени колонны появился Турн. Его лицо было спокойным, а в глазах читалась грусть.

Он подошёл к спинке трона в виде растрескавшейся земли и остановился. Глубоко вдохнул… Кироса подняла на него взгляд и кивнула на Лавну, понимающе улыбнувшись. И Турн шагнул вперёд. Он всё ещё Торай. Как такое возможно? Татуировка на щеке по-прежнему мерцала. Ветвистые рога атэрры переливались яркой рыжиной… Нет, этого не может быть, он не маг Киросы… Лавна посмотрела на Вахди. Та победно улыбнулась и гордо выпрямилась, смерив пленницу взглядом.

Симеоково отродье! Как он мог остаться Торай, когда сам отказался от своих полномочий в пользу рождения помеска от руатской рыжей падали? Зачем вообще эти хлипкие и слабые духом ничтожные люди прутся сюда, да ещё и заводят семьи? Так недолго и до вырождения всей ардийской природы.

Почему Вахди позволяют им сюда приходить?

И этот Турн… Один его голос заставлял ярость вскипать сильнее. Ненависть возрождалась из пепла, будто феникс, горящий праведным огнём. Он так долго говорил, что у Лавны свело челюсти и заложило уши.

А потом он сказал, что прощает её. Гнилое семя… И Вахди его послушали. Они долго совещались, спорили, однако сошлись на том, что стоит освободить Лавну и вернуть ей магию и полномочия Торай! Вот же драный алака! Поиздевался чужими руками, а потом простил. Уж лучше бы убил. Так было бы намного легче.

Плюнув под ноги статуе Киросы, ардийка с удовлетворением отправилась к потайной двери и сдвинула несколько кирпичей глубокого синего цвета. Она с трудом вспомнила порядок нажатий, несколько раз останавливалась, пытаясь воскресить в памяти правильную последовательность.

Слишком было больно, за двенадцать циклов слишком многие воспоминания размылись.

Как только потайная массивная дверь распахнулась, Торай проскочила в катакомбы. Факелы на стенах вспыхнули, словно по команде. Как давно Лавна не была в этом месте… Она провела пальцами по необработанной стене, каждый мелкий выступ возвращал в прошлое, такое приятное и родное.