Проклятие Византии и монета императора Константина

Число благодарных соседей росло, посетителей на чайной веранде прибавлялось. Наведывалась к Валерию Петровичу и ближайшая соседка по участку, Елена Лобова. Прошлой осенью с ней тоже приключилась неприятная история. Руководство компании, в которой она работала, пыталось через Лену оказать давление на ее бывшего мужа. Из-за несговорчивости археолога Лобова фирма не могла начать строительство нового объекта. Торопко не составило труда навести кое-какие справки и посоветовать Елене единственный, хоть и малоутешительный выход из положения: немедленно самой написать заявление об уходе.

– Все равно через месяц у вашей фирмы отзовут лицензию. Наверху уже все документы готовы.

Так оно и вышло. Случай пусть и не рядовой, но малоинтересный. Уравнение со всеми известными. Но вот последний рассказ Елены о визитной карточке мужа, случайно найденной в сумочке умершей женщины, прозвучал для Торопко как восхитительная музыка.

– Вот это я понимаю! Дело о старой визитной карточке! Просто-таки настоящий Конан Дойл! – мечтательно воскликнул бывший сыщик и смутился, на мгновение забыв о том, что речь идет о реальной смерти и реальном убийстве.

– Объясните все же, Валерий Петрович, – переспросила его Елена, – почему вы склоняетесь к тому, что эту Алину убили?

– Предполагаю. Из опыта, – с охотой принялся объяснять Торопко. – С некриминальным трупом полиция обычно долго не возится. Ну, проведут они опрос населения, объявят по местному телевидению приметы умершей и положат дело в стол.

Рутина! А тут сотрудник не поленился Дмитрию Сергеевичу в Москву позвонить. И очень упорно до него дозванивался. Вы же сами говорили, что по московскому номеру Лобова застать практически невозможно. Похоже, что опер схватился за единственную ниточку.

– Вот это логика! – тотчас вмешалась Алевтина, которую страшно заинтересовала детективная составляющая беседы.

– Для настоящей логики у нас информации, увы, недостаточно. Нужен протокол осмотра тела, результаты вскрытия, контакты жертвы, распечатки с ее мобильного.

Вот тогда мы бы поупражнялись в логике. Хотя вы сказали, что телефона при ней не нашли… – посетовал Торопко, но в глазах его загорелись хитрые искорки. – И все-таки при нашей фактологической скудости есть кое-что, что заставляет задуматься!

– То, что в сумочке не было никаких документов? – спросила Аля.

– Это тоже, конечно. Но я сейчас о другом. Сама должность потерпевшей лично меня наводит на размышления.