Непокорные небеса. Из цикла «Сказания Ардоса»

– Элхи пуру! Ниами део! «Высшие силы! Оденься!» – Дракон тут же отвернулся, принявшись настойчивым взглядом сверлить стену. Он услышал всплески воды, а после медленные шаги.

Прошептав пару ругательств на древнем, Аарис на мгновение закрыл глаза. Сестра нисколько не стеснялась посторонних взглядов. Охрана ли это, или же брат пришёл навестить. Если Ладия была обнажена полностью, то представала во всей красе, демонстрируя свою раскованность.

– Кине то пора ат форхэтэй лито и Кхэрэм ияр «Иногда ты напоминаешь мне Керем», – произнёс с нотками иронии Аарис.

Он с досадой вздохнул. Желание повернуться усиливалось. Но он стерпел, не желал смотреть на обнажённую сестру.

– Ярми фру`дэ ссахрэниай? «Я такая же неуправляемая?» – шутливо отозвалась Ладия.

Она надела длинное голубое платье, опоясав талию белой лентой. Широкие рукава одежды с прорезями чуть выше локтя были украшены причудливой вышивкой. Мокрые волосы свисали до самого пояса, с них перестала капать вода, но они не высохли. Не обладала Вахди даром нагревать своё тело, как её сестра, Феникс.

Аарис продолжал стоять спиной. Женщина улыбнулась и направилась к брату. Она нежно коснулась плеч мужчины, потянув слегка на себя. Вахди повернулся к сестре, одарив порицающим взглядом.

– Ат фру`дэ миаран кюн «Ты такая же развязная», – проговорил с укором Дракон. – Мос лео вин бо`оа Оин-Эллахэм хора муоллири бэрроса «Не этого хотел Отец, когда создавал нас», – колко продолжил Вахди Воздуха.

– Хассрай! «Хватит!» – простонала женщина, закатив глаза.

Ей не впервой слышать такие речи от брата. Каждый раз он приходит и говорит подобные слова, читает морали о чести и праведности. Отчасти Ладия понимала, почему стала объектом нравоучений Первородного, но не хотела принимать эти доводы. – Имони браста персой имо э`мор!? Лэ ати хо`ам минур гуайтаси бор су? «Сколько можно говорить об этом!? Или тебе нечем заняться?»

Аарис пристально смотрел в глаза Ладии. Синий омут затягивал в себя. Эта непорочность, что показывает Вахди всем ардийцам, она напускная.

Разглядел Дракон желание и похоть внутри сестры и… одиночество. Оно заполняло душу, вытесняя искренность и праведность далеко за пределы сущности. Вот уже вечность минула, а у дочери Иллахима нет до сих пор Навадай, спутника жизни.

– Э зорта! Ярми ворсо хора харид! «Воины! Оставьте нас!» – рявкнул мужчина на охрану грота. Но стража не сдвинулась с места. Не понимали солдаты языка древних. И Вахди это запамятовал.