Роковой сон Спящей красавицы

Но Лемешев был такой красивый, обаятельный и, как сейчас говорят, сексуальный, – умильно пропела Софья Семеновна.

– Как же эти «сырихи» мучили его жену! – подала голос другая посетительница в кричаще-красном кашне.

– Справедливо сказано. Лемешистки вели себя очень агрессивно, – согласилась Софья Семеновна. – Чего они только не делали!

– Даже под трамвай ее толкали! – вступил в разговор худенький старичок с редкой бородкой. – Я помню жуткую историю, когда ей на голову, она ведь тоже в Большом пела, высыпали целый мешок копеек и чуть не убили.

Безумно ревновали, безумно, готовы были на все!

– Да-да, я это тоже от мамы слышала. Она Лемешева обожала, – заговорила женщина помоложе. – Моя мама была народным судьей, работала в Ленинграде и бегать за ним не имела возможности. Но стоило ей только узнать, что Сергей Яковлевич поет в Большом Ленского, так она посреди заседания могла встать и уйти: «Слушания переносятся. На два дня. У меня “Онегин”!»

Присутствующие засмеялись, обмен мнениями продолжился.

Тут Софья Семеновна заметила Арину и, сияя, подскочила к ней:

– Ах, Ариночка Ивановна, все забываю вас поблагодарить. Ведь это все вы! Представьте, на последнюю экскурсию записались целых двадцать пять человек. Давненько мы такую кассу не сдавали!

– Нет, Софья Семеновна, вы мне приписываете чужие заслуги. А двадцать пять экскурсантов – это все-таки много, в зале тесно будет. Кто на группу пойдет?

– Мариночка Жилина. Ой, она, бедняжечка, так устала… она сейчас внизу отдыхает, – понизив голос, сказала Софья Семеновна.

Добрая душа, она всех любила, всех жалела и в свои 62 года панически боялась увольнения.

В кармане Арины звякнул мобильный. Директриса Тамбовского краеведческого музея звонила ей сегодня уже в третий раз:

– Арина Ивановна! Кабулов не берет трубку!

– Ну, так, а что Кабулов?

– Я хотела ему напомнить, что мы очень и очень ждем. Мы и так пошли вам навстречу, сдвинули сроки! Надеюсь, никаких задержек больше не будет.

– Не волнуйтесь, у нас уже начался демонтаж, – соврала Арина и, нажав отбой, протяжно вздохнула.

Сумасшедший день! Как бы чего не забыть в такой-то суете.

* * *

Тем временем в залах все шло своим чередом. Последнюю экскурсию, как и предполагалось, сократили на пятнадцать минут, и она уже подходила к концу. «Блистательная» Марина Эдуардовна стояла у центральной витрины и отвечала на вопросы.

Арина не могла пропустить такое и задержалась у открытых дверей зала.