Роковой сон Спящей красавицы

: «…булавка пришлась как нельзя кстати, мою старую я велел отдать в починку, замок сломался…» Впоследствии артефакт у родственников выкупили и передали в Клинский музей.

Собственно, эту историю, аргументируя свой выбор, и упоминала госпожа фон Паппен в письме:

«…Вашу роль как исследователя мы видим в том, чтобы узнать вероятное местонахождение указанных выше предметов и, при возможности, способствовать тому, чтобы они были представлены на нашей выставке. В рамках бюджета нашего проекта предусмотрено финансирование этого исследования в размере 5000 евро, из которых 1500 будут незамедлительно оплачены в качестве аванса в случае Вашего согласия…»

– Вот с чего надо было начинать! – воодушевилась Арина.

В этот момент у нее над ухом захлопали крылья – это прилетел Генка и, перебирая крохотными ножками, заходил по клавиатуре:

– Хорош-шая птич-чка!

Из прихожей раздался недовольный Тамарин голос:

– Очень некрасиво, деточка, заставлять себя ждать!

– Хорошо, мама, я собираюсь!

Конец письма Арина дочитывала уже стоя:

«…Также мы гарантируем оплату всех накладных расходов, связанных с исследовательской работой.

В случае, если Вы сочтете для себя возможным принять наше предложение, то мы с радостью вышлем Вам материалы предварительных исследований, проведенных нашими коллегами. Ваше решение просим сообщить ответным электронным письмом…

С уважением, куратор выставки “Жизнь и судьба Мариуса Петипа” – Наталья фон Паппен. Берлин, Германия, октябрь 20ХХ г.».

Прочесть все вложенные в сообщение файлы – сканы каких-то документов и писем – Арина уже не могла и отложила на потом.

Закрыв компьютер, она метнулась к шкафу и принялась второпях одеваться – любимые французские шаровары и новая кофта-хламида вразлет удачно совпали. Получился неформальный такой ансамбль, свободно струящийся, цвета мокрого асфальта. Через минуту его дополнила крупная бижутерия: бусы, клипсы, браслеты. Махнув пару раз расческой – короткая стрижка с асимметричной челкой не требовала укладки, Арина достала косметичку.

– Боже мой! Деточка, в таком виде в театр идти нельзя! Это неприлично! – из-за дверцы шкафа выплыло укоризненное лицо Царицы Тамары.

– Мам! Давай не сейчас. Иди лучше чаю попей, – оборвала ее дочь. – Тебя бы на фейсконтроль поставить, разогнала бы всех неприличных.

Мать не уходила, стояла, вздыхала, качала головой:

– Серые штаны… серая кофта… серое пальто…

– Не знаешь, вечером дождь обещали? – сменила тему дочь, надевая серые замшевые ботинки.