Мигами. Между Светом и Тьмой. Тиана

Но время пришло, и дольше ждать уже нельзя, – проговорил Тенебрис.

– Как пожелаете, мой Повелитель. – Некромант слегка поклонился, ещё сильнее вцепившись в посох своей трясущейся рукой. Казалось, наклонись он ниже, рухнул бы на каменные плиты, не в силах удержаться на ногах.

– Подайте мне вашу руку, юное создание, кхе-кхе, – откашливаясь, мягко попросил Эннериус.

Он поднял свободную руку и протянул её Мигами. Девушка с отвращением взглянула на его дрожащую костлявую ладонь, покрытую морщинистой кожей, и неохотно протянула некроманту свою правую руку.

Когда он ухватился за неё, Мигами передёрнуло, а её лицо исказилось в ещё большем отвращении. Кожа на его ладони была не просто сморщена и похожа на кожу высушенных животных из запасов Баргуса, но, что самое противное и необычное, – она была влажная и липкая.

Как ни странно, но хватка старика оказалась намного твёрже, чем она предполагала. Он крепко обхватил её ладонь своими скрюченными пальцами и, закрыв глаза, начал шептать какие-то странные слова.

Мигами непонимающе взглянула на отца, но тот молча стоял и безмятежно смотрел на некроманта. Переведя свой взгляд обратно на старика, она с любопытством стала наблюдать за тем, как Эннериус шевелит губами, и ожидать, что же произойдет дальше.

А некромант тем временем продолжал читать заклинания, не открывая глаз и не ослабляя хватку. Его голос становился всё громче и громче. Мигами стала ощущать, как по её руке начали подниматься волны тёплой энергии. Они исходили из рук некроманта и, проходя по её руке, расходились по всему телу.

Каждый раз, когда голос Эннериуса становился чуть громче, энергия, протекавшая по её телу, становилась теплее…

Но вот вскоре его голос стал пронзительным, а входящая энергия уже принялась обжигать девушку изнутри до боли. Становилось практически невыносимо терпеть эту нарастающую боль, и Мигами попыталась отдёрнуть свою руку, чтобы прекратить всё это. Но пальцы некроманта словно приросли к её ладони и не отпускали её, продолжая посылать всё новые и новые волны раскаленной энергии.

Девушка вновь попыталась освободить свою руку из мёртвой хватки, несколько раз резко дёрнув её к себе, но всё было тщетно.

– Отпусти, старикашка, мне больно! – закричала она на Эннериуса, не в силах больше терпеть.

Но старый некромант словно бы и не слышал её. Он продолжал читать свои заклинания, всё сильнее и сильнее повышая голос.

– Отец! – Мигами повернулась к Тенебрису, и в её мокрых от слёз глазах отобразился ужас.