Пристанище

Археолог, не заметив и этого, продолжал:

– Благодаря проекту “Палеопарк” мы собрали и проанализировали ДНК растений морских лугов в разных местах, результаты уникальные. Морские отложения хранят информацию подобно записям в дневнике, по ним можно проследить эволюцию экосистем. На такое исследование непросто получить финансирование, но из-за проблем с изменением климата у нас теперь появилась возможность работать в этом направлении.

– Звучит интересно, – прокомментировала Ванда с совершенно незаинтересованным видом.

– Невероятно интересно! – подхватил Хельдер, не замечая ее скуки. – Ведь так мы можем получить информацию о динамике климатических изменений и…

Паоло засмеялся, подмигнул Ванде и оборвал его:

– Хельдер, наша коллега сейчас заснет, под твои сказки о водорослях. Твои исследования, безусловно, интересны, но открытия чаще всего совершают те, кто спускается в пещеры. Согласен, видимая часть Земли мала, но если мы хотим понять, кто мы такие, откуда мы и куда движемся, нельзя ограничиваться лишь тем, что доступно глазу, пусть даже речь идет о морском дне.

– Красиво звучит, – парировал Хельдер, – но хочу тебе напомнить, что не так давно мы мало что знали даже о структуре суши, а морское дно до сих пор практически не изучено. И наверняка там нас ждут потрясающие находки.

– В этом я с тобой соглашусь. Самые главные открытия еще впереди, – сказал Паоло, – но, думаю, проще сделать их, если копать поверхность Земли, а не разглядывать ее.

Ванда наконец заинтересовалась. Этот итальянец не просто обладает красивой и мужественной наружностью, у него есть и идеи, и энтузиазм.

– Тогда почему вы этим не займетесь? – спросила девушка.

– Не займусь чем?

– Раскопками. Вы же сказали, что ради великих открытий нужно копать поверхность Земли.

Выдержав паузу, Паоло медленно заговорил, внимательно глядя на Ванду:

– Радиус Земли составляет почти шесть тысяч четыреста километров.

– Я понимаю. Но ведь до коры можно добраться? Разве нефтяные компании этим не занимаются?

– Они бурят не так уж глубоко. Сейчас самая большая глубина, на которую человек пробился к центру Земли, составляет двенадцать километров.

– Двенадцать тысяч метров? Так мало?

– Это очень много, – вмешался Артуро.