Пристанище

– Отлично. Тогда я выдвигаюсь?

– Да, Ривейро, поезжай. Минут через пять я тоже выеду.

– Хорошо. Кстати, а ты тут или в Суансесе? – осторожно спросил капрал, хотя с Валентиной они общались вполне доверительно.

– В Суансесе, так что доберусь быстро.

– Тогда до скорого, лейтенант.

Валентина дала отбой и повернулась к Оливеру. Тот ждал, глядя на нее с улыбкой. Он уже привык краем уха слушать разговоры Валентины с подчиненными и между делом узнавать подробности преступлений, связанных с наркотиками, насилием или проституцией.

Детали нового расследования звучали совершенно непохоже на все эти криминальные истории.

– Я тут перемежаю обязанности метрдотеля с унылой рутиной учителя английского языка, а твой день начинается с убийства придворной дамы короля Артура. Это несправедливо, – шутливо проворчал он и придвинул поближе к Валентине тарелку с беконом и яичницей-болтуньей.

Валентина рассеянно улыбнулась. “Средневековая принцесса” и вправду вызывала интерес. Но явилась ли она из прошлого или вполне себе женщина из двадцать первого века? В любом случае главным сейчас было то, что “принцесса” найдена мертвой.

2

Да благословенны будут те, кто умер с добрым сердцем и покаявшись. Пусть последние лучи уходящего солнца успокоят их боль и печаль. Аминь.

    Кантабрийская молитва об умерших[5 - В кантабрийской мифологии последние лучи заходящего солнца называют солнцем мертвых. Согласно местным верованиям, эти лучи посылают мертвые.

]

Этот отрезок пути тонул в густом тумане, влажном и мерцающем. Валентина медленно, сдерживая нетерпение, вела машину, вглядываясь в пейзаж, едва видимый за туманной завесой. Белая пелена, напоминавшая свадебную вуаль, будто затянула машину.

Чем ближе к месту назначения, тем сильнее тревожила Валентину странная тишина вокруг. Она напряженно вглядывалась вперед, ей казалось, что в тумане скрывается нечто неведомое, хотя она прекрасно знала эти места. По этому шоссе Валентина ездила ежедневно.

Обычно она наслаждалась каждым изгибом дороги, каждым поворотом, открывавшим милые домики, пасторальные луга, синий проблеск моря. Почему же места, прежде казавшиеся идиллическими, сделались вдруг чужими, неуютными?

Прибавив газу, Валентина Редондо увидела в прорехе тумана, на повороте серпантина, машину. Ривейро с Сабаделем. Минут через пять, в сопровождении дожидавшейся на обочине патрульной машины, автомобили въехали в Гандару.