Незнакомка

Поплыл в реке молочной, божественно густой, вдыхая запах сочный, лаская сон рукой.

На него кто-то прыгнул, походил по ногам, забрался на грудь и замер. Послышалось томное урчание, Макс почувствовал ниточки усов на подбородке. Хотел открыть глаза, но лишь приподнял веко. Сквозь узенькую щёлочку мерцала свеча. Новая попытка овладеть своими глазами не привела ни к чему хорошему, непослушные веки наотрез отказались подчиняться, беспомощно трепыхаясь, как опалённые мотыльки на блюдечке. Хозяин строптивого тела взял паузу, отдышался, сконцентрировался на борьбе за право видеть и повторил усилиеприоткрылся второй глаз, поверх одеяла уселась чёрная кошка.

Макс попробовал пошевелить рукой или ногой, удалось только скрючить мизинец. –Паралич не победить! Сделав такой сокрушительный вывод, слушая грохот взбесившегося сердца, герой страдальчески зажмурился, питая надежду что это, мол, сон.

Кошка перебралась на подушку. Стало жарко, особенно голове, будто на неё натянули толстую меховую шапку.

Страх растаял, Макс дал второй шанс своим глазам и скомандовал им открыться, внутренне приготовившись к продолжению бунта, но веки охотно распахнулись.

Диван окутан седой дымкой, под потолком сиреневый, даже скорее фиолетовый, свет. Макс приподнялся и огляделся. От окна прилично сквозило, хотя его и не было. Ни стен, ни пола, диван да дверь, ну, и кошка на троне. Мурка сидела на здоровенном стуле, с высокой кожаной спинкой и не моргая пристально пялилась на него изумрудными глазами.

Макс захотел встать, скинул одеяло, но тут же укутался обратно. Он был совершенно голый.

– Ты что, кошку стесняешься?

– А! Только эта буква соскочили с его языка.

– Вставай, гости ждут, – кошка флегматично хмыкнула, спрыгнула с резного постамента и чванливой походкой вышла из комнаты. Макс проводил взглядом пушистую болтушку и вернул внимание на стул: на широком сиденье лежала аккуратная стопка одежды, а на спинке красовался вечерний смокинг стального цвета.

Облачившись в несвойственный для себя наряд, приняв облик важной птицы, Макс направился к выходу и только теперь осознал, что он без обуви. Седая поволока была настолько вязкой и плотной, словно серый палас, поэтому пару ботинок он отыскал с превеликим трудом.

Щеголять в нарядах царских учат деток с малых лет, если нет замашек барских – значит, и короны нет.

Макс уверенно шёл через анфиладу янтарных комнат, стуча каблуками по мозаичному паркету.