Незнакомка

Я вот постоянно спрашиваю себя: а во что бы человечество превратилось, если бы чудиков не было?

– Чудиков?

– Ну, художников, поэтов, писателей, – Ника махнула рукой на великолепный дворец, – архитекторов, вот таких, как этот, а не тех, что коробок налепили, больше на ульи похожих. И чем дольше размышляю, тем яснее понимаю, что вся эта суета мирская – это просто грязный холст, который надо замазюкать краской сочной, да пожирнее. Так что мазюкай, Макс, не стесняйся.

– Да я не умею рисовать-то.

– Умеешь, только словами, это то же самое, те же пятна, так нужные вашему миру.

Опять её загадочная оговорочка – «вашему миру»…

Через час шатания по широким бульварам Ника пожаловалась, что она замёрзла и хочет домой, до которого, по её словам, оставалось минут сорок пути. Макс блеснул идеей вызвать такси, но вызвал лишь улыбку на порозовевшем личике спутницы. Она прыснула на него клубочком пара и свернула в узкий переулок:

– Наискосок в два раза быстрее.

Под ноги смотри, а то ненароком забулдыгу придавишь или кошку.

Полезное наставление Макс проигнорировал, он любовался только ею и, вскользь, бурыми кирпичными стенами, что и стало причиной его неоднократного падения.

Момент, как они проскочили в арку её двора, он благополучно упустил, зато в подъезд шагнул вполне осмысленно.

Она остановила его:

– Макс, я устала, да и светает уже, тебе тоже спать пора.

Сказка закончилась, – Ника мельком поцеловала его в щёку, бросила дежурное «до встречи» и скрылась за шершавой дверью, однако вскоре сразу вышла. – Вот я растяпа, забыла тебе подарок подарить.

– Так и я не подарил, – Макс театрально схватился за голову и заохал, – болван неотёсанный, сельский олух!

– Мальчик, не сокрушайся, ты мне ночь незабываемую устроил. Зарядил позитивом на год вперёд.

– Я?

– Ты, ты, – Ника потыкала кулачком ему в грудь.

 – Кто же ещё? На вот, держи кольцо, – она стянула бронзовое кольцо-печатку со своего тоненького пальчика и положила на его ладонь.

– Смотри не потеряй… хм, болван…

Макс проводил любовь взглядом, сжал ладонь, побоявшись надеть подарок на улице – вдруг кольцо в снег упадёт – и так и пошёл до самого дома со стиснутым до боли кулаком, будто грозил невидимым грабителям и прочим нехорошим представителям человечества.