Скрытая бухта

– Должно быть, ты в курсе, что твоя мать, будучи резидентом Британии, а позже получив британское гражданство, заключила брачный договор с раздельным владением собственностью, согласно англосаксонской модели, то есть в свободной форме, без обязательства оставить наследство детям, как того требует испанская норма.

– Я в курсе, – перебил Оливер. – Тем не менее думаю, что она достаточно разумно все поделила, не забыла про нас.

– Действительно, – кивнул Сан-Роман, – тебе она завещала виллу “Марина”, зная, что ты любишь бывать в Суансесе и Сантандере.

– Не понимаю, к чему ты клонишь.

– Потерпи. Я расскажу тебе подробности, а ты составишь общую картину. Продолжим. Гильермо она оставила маленькую квартиру в Челси, в Лондоне…

Оливер снова перебил:

– Это вполне справедливо, ведь Гильермо плевать хотел на Суансес и Кантабрию, а любая квартира в Челси стоит куда дороже, чем самый роскошный особняк в Суансесе.

Сан-Роман улыбнулся.

– Не защищайся ты так, Оливер. Безусловно, это справедливо, особенно учитывая, что завещание было составлено несколько лет тому назад. Ни ваш лондонский адвокат, ни я – у меня хранится копия документа, которая сейчас перед тобой, – никогда не показывали вам завещания, подписанного вашей матерью. Это было сделано по ее просьбе. Она хотела, чтобы вам было известно о разделе имущества, но вы избежали возни с бумагами.

– Так, и что? – нетерпеливо спросил Оливер, листая документы без особого интереса.

– И, – невозмутимо продолжал адвокат, – она завещала значительный капитал каждому из вас, хотя деньги твоего брата лежат на депозите. А еще она оставила внушительную сумму некоему третьему лицу.

– Третьему лицу? – изумился Оливер. – Что значит – третьему лицу? Ты имеешь в виду отца?

– Нет, – коротко ответил адвокат.

Оливер фыркнул.

– Если ты хочешь намекнуть, что у моей матери, разменявшей седьмой десяток, имелся тайный любовник, можешь не продолжать.

Сан-Роман расхохотался.

– Постой, парень, не торопись. Думаю, твоя матушка была самой верной и любящей женой на свете. Расслабься, я не собираюсь отнимать у тебя много времени. Давай к делу. Оставшиеся средства она завещала монахиням-францисканкам из прихода Сантильяны-дель-Мар в Кантабрии.

– Монахиням? Но ведь она не была верующей! – удивленно воскликнул Оливер.

– Нет, верующей не была.