Любовь со вкусом боли

Я не знаю, сколько прошло времени. Кажется, про нас даже все забыли. Я чувствовала, как участилось его сердцебиение. Ярослав оторвался от меня и посмотрел мне в глаза. Я была готова растаять в его объятиях. Наверное, нужно было что-то сказать, но у меня не было слов, и я начинала чувствовать себя неловко. Мы просто молча смотрели друг на друга, пока я не услышала голоса наших одноклассников.

Я тут же отдернула руки от его груди, и Ярослав, опустив меня, отшагнул назад. Так и не сказал ни слова, я вышла из туалета первой и увидела, что народ переместился из класса в рекреацию.

За весь остаток вечера мы больше не общались. Лишь изредка наши глаза встречались, но Ярослав тут же отворачивался. Мне стало обидно. Что все это значит? Он поцеловал меня, а теперь воротит нос? Но почему? Неужели ему не понравилось и он теперь больше на меня не посмотрит?

Мы вышли из школы около восьми. Настя шла рядом со мной. В то время как Ярослав держался как можно дальше от меня.

– Маш ты чего такая грустная? Тебе не понравилась наша вечеринка? – Спросила Настя, беря меня под руку.

– Да, хорошо посидели. – Я смотрела себе под ноги, но чувствовала, что спину буквально обжигает чей-то взгляд. Я просто была уверена, что Ярослава.

– Послезавтра день учителя. У нас все готово. Мы молодцы. – Сказала Лена, догнав нас. – Завтра весь день будем репетировать.

Мы разошлись по домам. А мне так не хотелось идти домой. Хотелось пойти к Ярославу и, встряхнув, его как следует, сказать, как я его люблю и вновь поцеловать.

Весь вечер, пока учила уроки, без остановки думала о нем. Отчего мысли путались, и я допускала ошибки в тетради. Нет, это просто не выносимо. Не в силах больше ни о чем думать, я захлопнула учебники и пошла спать.

* * *

Всю пятницу мы репетировали. Участвовать я не захотела, и было решено, что я отвечаю за музыку. Я то и дело крутила на магнитофоне почти до дыр затертый диск с одной и той же песней.

Ярослав вообще не участвовал. Он просто сразу после уроков свалил домой. Со мной он так же не обмолвился и ни словом. Вечером, придя домой, я завалилась на диван и, прижав к себе любимого плюшевого медведя, смотрела телевизор.

– Марусь ты здорова? Какая-то ты бледная. – Мама села рядом с вязанием. – Все хорошо?

Я, молча, кивнула. Мне не хотелось ни о чем сейчас говорить.