Дейл. Мой истинный мерзавец

Вскользь отмечаю, что только одна стена здесь прямая, другая же скруглена и полностью состоит из окон от пола до потолка. И главная достопримечательность комнаты – это круглая кровать, которая стоит в центре. Нет, не так! Огромная круглая кровать!

Вампир снова меня целует, но на этот раз его руки действуют более настойчиво. Он расстегивает молнию на моем платье, и стягивает его с меня. Я остаюсь стоять обнаженной и испытываю неловкость. А тем временем вампир обходит меня по кругу, прикасаясь пальцами ко мне… плечи, спина, по боку вниз… Слышу, как тяжело он дышит, и мне самой начинает не хватать воздуха.

Он останавливается передо мной и снова касается моей кожи… шея, ключица… Я втягиваю в себя воздух, когда он сжимает мою грудь, которая идеально вмещается в его ладонь.

– Ты мое чудо, – шепчет незнакомец и обводит пальцем сосок. Мы смотрим друг другу в глаза, и это добавляет происходящему остроты. А потом пальцы заменяют губы, и я в первое мгновение отшатываюсь назад, но тут же оказываюсь прижата к вампиру.

Он ласкает мою грудь то ускоряясь, то медленно и ласково. Чувствую его клыки, когда время от времени они задевают нежную кожу. Никогда и представить не могла, что буду стонать от такой ласки. Вампир спускается ниже, целует животик, чертит влажные дорожки на моей коже, а потом снова возвращается к груди. Втягивает в рот горошину соска, а второй рукой больно щиплет другую вершинку. Я всхлипываю и дрожу всем телом. Ноги становятся ватными.

Вампир резко поднимается и толкает меня на кровать. Рубашка с него исчезает в одно мгновение, а я отползаю назад, испугавшись вспыхнувшего во взгляде незнакомца огня. Но мне не дают сбежать. Мой искуситель хватает меня за ногу и подтягивает к себе. И не отпускает, принимаясь ласкать лодыжку руками и следом покрывать поцелуями. Я сжимаю бедра, стыдясь, но вампира это не волнует. Он лишь хмыкает и поднимается все выше по моему телу.

– Ну же, маленькая, – шепчет он.

И я расслабляюсь, насколько у меня это получается. И когда губы касаются внутренней стороны бедра, закусываю губу, стараясь сдержать стон.

– Я буду первым, кто прикоснется к тебе здесь, – шепчет этот бесстыдник, и я чувствую, как пальцы раскрываю мои складочки. – Какая ты уже влажная.

Забываю, как дышать, когда язык пробегает по клитору. Всхлипываю, сжимая простыни в руках.

– Еще, – забыв все смущение, прошу я.