Обесцененная

Обычно мое пребывание в доме мамы составляло всего несколько часов. Больше времени занимала дорога. И Марк, несмотря на то, что знал о количестве часов, что я провожу в пути, никогда не предложил отвезти меня лично или дать водителя. Урод!

Поэтому, как и вчера, приезжая поздно вечером в поселок, я уезжала обратно еще до полудня. Но сейчас-то мне некуда было спешить, собираться, бежать, ехать, суетиться.

Потягиваюсь под одеялом до хруста в косточках, жмурюсь от удовольствия и вновь и вновь вдыхаю аромат родного дома.

Как же здорово! Провинциальную тишину не тревожат сигналы клаксонов, шум колес и незнакомые голоса на улице. Я только сейчас понимаю, как угнетал меня большой город. Но теперь все будет иначе!

Спалось мне сладко-сладко. Яркие сны скрасили мой отдых, и пусть я не могу вспомнить ни мгновения из ночных грез, но на душе все равно светло, тепло и радостно.

Мама заглядывает ко мне в комнату, когда я заправляю постель.

– Встала уже? – улыбается она, и в приоткрытую дверь тянется аромат свежеиспеченных оладушек.

М-м-м!

– Доброе утро, мамуль! – целую родительницу в щеку и хватаю ее за руки, чтобы, приплясывая, покружиться вместе с ней по комнате.

– Лина! – смеется мама, но и не думает удрать от меня. Я останавливаюсь, обнимаю ее и умиротворенно вздыхаю.

– Я так соскучилась, мамуль, – сжимаю хрупкую родительницу в своих объятьях. Мама поглаживает меня по волосам, и я балдею от этого.

– А я-то как соскучилась, – мама промокает полотенцем уголки глаз, но все равно улыбается.

 – Ну, хватит уже соплей. Марш, умываться и завтракать!

***

– Я позвонила Степану, – сообщает мне мама, когда я усаживаюсь за стол и пододвигаю к себе тарелку с оладушками.

– Оперативно, – подшучиваю над родительницей. – Я совсем не против ваших встреч, если что.

– Я его как раз на ужин пригласила, – и поясняет, видя мой недоуменный взгляд. – А чего тянуть? Познакомитесь.

– Да я не против, – пожимаю плечами. – До вечера время есть, успею составить список вопросов.

– Лина! – укоризненно качает головой.

 – Пожалуйста, не делай поспешных выводов.

– Мамуль, да я же шучу!

– Шутит она, – ворчит ма. – Лучше бы к Илье присмотрелась.

– М? – оладушек комом встает у меня в горле. Это она о чем сейчас?

– Что ты так на меня смотришь? – вмиг разбушевавшись, спрашивает родительница. – Плечо тебе нужно надежное. А чем Илья плох? И собой хорош, и родители его, дай, Луна, им здоровья, уважаемые волки в стае, да и нужды с ним испытывать не будешь.