Апокалипсис завтра

В Берёзовке не осталось ребятишек, поэтому пришлось закрыть школу.

Сам Петрович опустил руки, плюнул на всё, ушёл на пенсию. Его жена Валентина, тоже пенсионерка, всеобщий развал переживала меньше. Она размышляла прагматично: пенсии у нас есть, дом добротный успели отстроить, огород и скотина есть, дети в городе уже взрослые, сами себя прокормят. Значит, волноваться нечего, а на загнувшуюся деревню – всё равно. Сиди себе, чай пей и смотри "Поле чудес" по телевизору. Женщина закрыла глаза на то, что Петрович обленился, сгорбился, начал гнать в гараже самогон и употреблять с соседом.

Ворчала просто для вида.

Так пролетело несколько лет. Однажды летом, после хорошего ливня, Петрович сел на свой любимый советский "лисапед" и отправился в магазин за дрожжами к новой партии "дяди Сэма". Сутулый старик кряхтя крутил педали, обруливал на дороге лужи и ямы. А нужно сказать, уличные дороги в Берёзовке стали лицом развала деревни. Асфальт никто не ремонтировал ни разу с момента гибели Союза. Дорожное полотно выкрошилось, продавилось.

Местами асфальт отсутствовал вовсе.

Петрович проделал половину пути до магазина, когда перед ним на дороге появилась огромная лужа. Объехать её было невозможно. По сторонам от дороги – кюветы, полные воды. Дед остановился, подумал и решительно покатил вперёд. В луже переднее колесо велика на что-то наткнулось, подвернулось в сторону. Старик не удержал равновесие и плюхнулся с велосипеда в грязную воду. Петрович с матерками кое-как поднялся на ноги, вытащил из лужи железного коня.

С грязных штанов капала вода. Старик сел на лежавший на земле велосипед, пошарил в кармане, вытащил пачку сигарет. Хотел закурить, но курево оказалось промокшее. В этот момент Петрович не выдержал: бросил сигареты в лужу и заплакал. Зарыдал как ребенок. Всхлипывал, вытирал слезы грязными руками и снова плакал.

В тот же вечер, после бани, к Петровичу в гараж пришёл выпить сосед Фома. Он был чуть моложе Петровича, только на днях вышел на пенсию. Дружба соседей случилась только после внезапного увлечения Петровича самогоноварением, до этого сосед Фоме был не слишком интересен.

В последние же годы этот высокий крупный мужчина с глухим голосом (но трусливый как заяц) не упускал случая даром выпить спиртного и побеседовать с Петровичем.

Сегодня же, как только зашёл в гараж, Фома сразу понял: с приятелем что-то случилось. Самогонщик сидел мрачнее тучи, сгорбился сильнее прежнего, задумчиво смотрел в одну точку.