Белый ворон

Ему интересны скрипки. В оркестре нет первой скрипки, они обе играют разноладные мелодии, потому что глухи друг к другу. Они не замечают напарников. Знаете, о чем думает гость? Он вскакивает с места и будит скрипачей, быстро тряся за плечи. Музыканты смотрят друг на друга, оторопев от неожиданно взявшегося рядом напарника, не в силах отвести взгляд. «Играйте» – шепчет зритель. Черная вуаль мельком вздрагивает. Мальчик уступает девочке. Она начинает, она, узнав мелодию, продолжает.

В конце зритель убивает дирижера. Этого боится сам дирижер и всячески избегает зрителя. Этим можно объяснить его слабость. Он прячется за спины маленьких музыкантов. Зритель не может убить творцов, так как они – те самые не ограненные бриллианты, которые он искал.

Он подступает. Дирижер боится его. Он знает, что скоро Зритель отберет у него бриллианты, но допустить он этого не может.

Дирижер добор только с детьми, он никогда и ни за что не позволит плакать им.

Джейн загнана в угол. Зритель движется в ее направление. Она не может спать по ночам, так как не знает, сможет ли симфония подарить Ювелиру наслаждение. Если нет – Дирижер уронит палочку и не поднимет.

Глава 3. Досягаемая.

I'm such a star

Queen boulevard

Blaze through the dark

And never stop, it's how we ride

Comin' up until we die.

“Break the rules” Charlie XCX

Сиэтл зажег вечерние огни, освещая сонным бродягам дорогу к дому. Все спешили с работы, метро стремительно опустошалось, никому не хотелось заставлять их семьи ждать.

Дама в черном зашла в магазин. От нее явно несло трауром.

– Мадам, – вышел из-за стойки пожилой продавец цветов, – могу я чем-нибудь помочь Вам?

– Я удручена…

– Чем? – перебив леди, вставил почувствовавший неподдельную женскую печаль, старик.

Женщина еле слышно вздохнула, уныло отводя взгляд. Ее голубые глаза, полные тоски и печали, говорили об усталости от всего мира. Ей хотелось уединенья.

– Одиночеством? – тихим голосом спросил продавец, будто бы боясь спугнуть и, как видно, не прогадал.

– Да, конечно! Одиночество! Дайте мне те цветы, которые заговорят со мной!

– Сию минуту, мадмуазель, – цветочник унесся, женщина осталась ждать.