Белый ворон

– Он совсем не тихий. Сегодня с ним скандалила математичка.

– А из-за чего?

– Я не знаю. Никто не знает. Все сбежались, когда она уже начала орать на всю школу.

– И что он ей отвечал?

– Ничего. Иногда кратко отшивал.

– Писатель что ли?..

– Должно быть, да. Чего ты такая придирчивая? Я в нем не сомневаюсь. Он не похож на мафиози!

– Поэтому он и есть мафиози. Никогда не поймешь, каким будет дар ребенка, пока не дашь под зад энергону.

– Кстати, как им под зад дают?

– Я же говорила, у тебя все в ногах и на лице.

Это должно случиться внезапно, не существует школ, где детей учат раскрывать свои таланты! Ты сам поймешь, если не поймешь, то попробуй протянуть к лежащей собаке руку, как только она укусит, у тебя не только на бешенство подозрения будут. У меня это случилось в десять, когда в нашей школе произошел теракт.

– Что еще за теракт?

– Половину детей взяли в заложники, а я убежала через окно в туалете, ногу поранила, правда, была зима, но я осталась в живых.

Что случилось, я поняла только когда встретила профессионалов.

– А, ну да, конечно, дар чувства энергона.

– Да. Представь, не будь эта шайка эсперами, все закончилось бы гораздо хуже.

– Для кого-то это и кончилось плохо.

– Я говорила, что у меня плохое предчувствие, но учительница не захотела обращать на это внимание. И поплатилась за это.

– Какая ты…

– Ты не лучше.

– Зна-аю, – довольно протянул Дин.

***

Что думала Бет? Бет не думала.

Бет была съедена. Ответы на вопросы не должны всплывать, когда их позовешь, чтобы добраться до них, просто доплыть до дна не достаточно. Важно захлебнуться. Чтобы потом брать больший запас воздуха. Но, как известно, чему женщину не учи, она все равно пойдет своим путем.

– Боже, тут когда-нибудь бывает дождь? – потягивая ледяной смузи, протянула Бет.

– Это Сан-Диего. Люди, наверное, не просто так его назвали, – ответила с такой же ленивостью Венди, смотря с трудом не солнце через солнечные очки.

Был разгар сентября, палило солнце, температура на термометрах росла.

– Шестьдесят градусов… еще немного и я сгорю.

– Да хватит тебе ныть! Ты на солнце сколько раз в неделю выходишь? Ты же от бумаги мало чем отличаешься!

– Мне нельзя долго находиться на солнце.

– А, ну да, конечно, самая больная.

– Зря смеешься, – садясь, сказала Бетти, – мне кажется, проблемы не так далеко.