Льдинка

– Тебе же уже объяснили, что только человек со определенными генами может стать вампиром? – и подождав пока я кивну, продолжает: – Так вот получается, что в данном случае твои родители были людьми, а значит смертными.

Док впервые переводит взгляд на Маркуса. Тот кивает ему.

– Что? – испуганно произношу я.

– Это не безумие, Марианна. Мы существуем в этом мире. Так почему бы и другим не быть здесь? Призраки…

– Призраки? – переспрашиваю я. – И какое они имеют ко мне отношение?

На последних словах я осознаю то, что Док хочет мне сказать.

Мои родители смертны… Моя мать смертна… Она мертва.

– Мама?

– Скорей всего, – кивает Адам. – Сейчас ты ее видишь?

– Нет, – шепчу я. «Мама…Она все время была со мной. Мама…». – Она ушла.

– Давно? Обычно они уходят, когда завершают свое дело.

– После того, как я пришла в себя… она… она просто ушла. Исчезла.

Я не стану говорить им о короне, о наших с ней шалостях. Это мое личное. Возможно, она и вправду была безумна. Вспоминаю ее костюмы, взгляды, жесты.

Она ушла, потому что я теперь не одна.

– Вот видишь, значит, все налаживается, – улыбается мне Док. – Я закончил. Думаю, за твое здоровье не стоит опасаться. Ты в отличной форме, а наркотики постепенно уйдут из организма. После пережитого тебе нужен покой и хорошее питание.

– А беременность? – вспоминаю я.

– Беременность? – переспрашивает Док.

– Я хотела убедиться, что не беременна… от тех, кто меня похитил.

– Нет, не беременна, – отвечает он, еще раз просматривая анализы.

Я облегченно вздыхаю. Где-то на краю сознания я вспоминаю, что никто ко мне не прикасался. Им это было запрещено. Я так твердо уверена в этом…

Док кивает Маркусу и удаляется. Мы остаемся одни.

– Это правда? О призраках? – спрашиваю я у короля.

– Да.

Я спрыгиваю со стола, снова морщась от легкой боли в костях. Маркус недоволен и читает мне нотацию, пока мы идем обратно. Я его практически не слушаю. Я хочу полежать. Осмыслить все сказанное. Прошлое, настоящее, будущее…

– Если что, я буду в кабинете, – произносит Маркус, стоя в дверях моей комнаты.

– Хорошо, – отвечаю ему. Он смотрит на меня немного дольше, чем полагается. Его глаза оценивают меня и мое состояние. Потом он уходит, а я остаюсь наедине со своим прошлым.

***

Я забираюсь на кровать, ложусь на спину и натягиваю одеяло до самого подбородка. Жарко. Я лежу так довольно долго… Мои мысли крутятся, танцуют, перепрыгивают с одного на другое.