Земля белых волков

– Ты человеческую речь понимаешь? Зачем пугаешь служанок? – он сильнее сжал руку.

– Никого я не пугала, – гордость снова опередила здравый смысл. – Я пыталась с ними поговорить, но в ответ доносилось одно мычание, – на секунду её речь превратилась в детский возмущённый лепет, что, похоже, позабавило парня.

– И что же ты хотела от них? – уже более спокойно спросил он, слегка ослабив хватку.

– Пыталась узнать, есть ли здесь библиотека. Судя по размеру этого дворца, здесь легко может находиться целый лес, – она попыталась сбросить руку собеседника, но он не обратил на это никакого внимания.

– И зачем же тебе туда? – в его голосе оставалось все меньше злости, но начало проступать ехидство.

Такие мальчики всегда приставали к ней на балах и приёмах. Девушка задумалась и выдала, как ей показалось, самый подходящий ответ, чтобы впечатлить собеседника:

– Я занимаюсь траволечением, и мне показалось, что у вас может найтись что-то, отвечающее моим интересам, – она инстинктивно поправила челку.

– И что, маленькая дворянка даже не боится запачкаться в земле? – похоже, юноша окончательно развеселился.

– Конечно, – девушка постаралась придать своему голосу уверенность.

Парень усмехнулся и наконец отпустил руку девушки. Похоже, его дико забавляли её ответы. Он стоял молча довольно долго, и О’Фаррелл уже надеялась прошмыгнуть мимо него и скрыться, но юноша вдруг сказал:

– Хорошо, я отведу тебя в библиотеку. Однако зачем довольствоваться теорией, когда можно насладиться практикой, верно? – заметив её расширившиеся от удивления глаза, он добавил:

– Я, Дугальд Фиор, как смотритель Бригантийского сада, с радостью проведу вам экскурсию.

Думаю, мы можем обменяться друг с другом своим бесценным опытом.

Они шли молча. Лилит то и дело озиралась по сторонам, силясь запомнить путь, которым её вёл Дугальд. Но он был слишком витиеватым: сначала они долго спускались, а потом, пройдя сквозь череду коридоров, почему-то снова стали подниматься. Было в этом смотрителе сада что-то до ужаса пугающее.

От него вовсе не исходил запах цветов, который, как Лилит считала, должен исходить от любого травника. Даже одежда доктора Нильсона источала едва уловимый среди запаха лекарственных препаратов, страха и ранней старости благоухающий аромат. От Дугальда же исходила такая зловонная аура, что девушке захотелось прикрыть нос рукой, игнорируя все приличия. И дело было вовсе не в его приторно-сладких духах. Нет. Это был запах гнили, запечённой крови и… смерти.