Чашка кофе для героя

Ты разоблачишь всех темных в этом раскаленном добела, беспечном и инфальтильном городе Сочи. Давай, соберись, тряпка. Ну же! Ну».

Не могу сказать, что эти уговоры повлияли на меня: все-таки перфекционизм крепко пустил корни в меня, и сделать что-то с этим было крайне сложно. Но выруливший на скейте из подворотни темный быстро пробудил меня от сожалений и самоистязаний: он явно преследовал меня, я быстро (и, как мне показалось, незаметно) считал его ауру – не сильный, средней руки, но крайне самоуверенный. Темный мчал на меня в джинсовых шортах и белой футболке, я не знаю, чего он добивался – хотел хлопнуть меня по плечу? Напугать? Считать ауру? Забрать энергию? Все это вместе и одновременно? У меня не было ответов на эти вопросы, поэтому я подпустил его максимально близко, очень быстро сделав шаг в сторону и поставил огненный щит.

Парень покачнулся на скейте, едва не упал, на секунду я увидел его перекошенное злобой лицо – а, все-таки уже успели отправить чувака от темных из штаба. Быстро работают, суки. Я быстро повернул за угол и вышел на набережную, слившись с толпой туристов. Взял себе мороженое, ел быстро и задумчиво. Мгновенно заныли мои зубы – гиперчувствительность. Когда я на них пожаловался стоматологу и она подула холодным воздухом на них, и я при этом сказал «Ай», она начала хохотать как сумасшедшая. Как сучка она начала ,блин, хохотать! А потом проржалась и сказала, вытирая слезы: «Ха-ха, и это вы называете гиперчувствительностью?! Да вы не знаете как у меня тут пациенты орут, когда я им холодной водой поливаю, как они орут, как они визжат и по стенке сползают, у вас не гиперчувствительность, у вас чуть-чуть чувствительные зубы. Чуть- чуть. Чуток. Капельку. Вот вам мазь»,– она выписала рецепт и внутренне добавила, а я, конечно же, услышал: «Вали уже с этой мазью. Клоун. Зубы у него чувствительные, ха-ха». В общем, я ел мороженое и умывался слезами. Зубы страшно ныли, но мороженое было вкусным, и я терпел. У нас всю жизнь от чего то ноют наши зубы и мы всю жизнь терпим. Мы терпим, мы выносим, мы скрипим зубами, мы молчим. Жизнь преподносит нам сюрприз за сюрпризом, но мы молчим. Мы, старой закалки, мы молчим. Семнадцатилетние девочки и мальчики думают, что они рождены исключительно для счастья, так громко возмущаются, когда что-то происходит не так, как они задумывали себе это счастье. Это смешно. Бегать, кричать, жаловаться на жизнь, воздевать руки к небу, обвиняя во всем небеса – смешно. Думать, что эта жизнь дана для счастья – смешно.